Еще въ тотъ же вечеръ онъ уѣхалъ въ Италію.
-----
Прошло около двухъ съ половиною недѣль, прежде чѣмъ Гельбахъ снова появился передъ домикомъ на откосѣ горы. Но вернулся онъ не съ болѣе легкимъ сердцемъ, чѣмъ уѣхалъ; слова освобожденія все еще не было на его устахъ.
Большую часть времени онъ провелъ въ Неаполѣ въ ожиданіи своего повѣреннаго, чьимъ показаніямъ придавалъ большое значеніе. Въ его отсутствіи онъ исходилъ побережье часа на три пути вверхъ отъ Неаполя, останавливаясь во многихъ рыбачьихъ хижинахъ и у сторожей виноградниковъ. Въ городѣ онъ главнымъ образомъ встрѣчался въ дрянномъ кабакѣ гавани съ старой прачкой, жившей на чердакѣ маленькаго дома въ самомъ центрѣ Неаполя; видѣлся онъ также съ евреемъ-ростовщикомъ -- и съ богатымъ купцомъ, другомъ покойнаго отца Тонеллы. Но непреложныхъ доказательствъ, что Эгонъ Лезеръ одно лицо съ тѣмъ преступникомъ, на слѣдъ котораго Гельбахъ, казалось, попалъ, онъ все-таки не получилъ.
Противорѣчія между всѣми свидѣтелями были такъ велики, ихъ показанія такъ мало совпадали съ тѣмъ, что узналъ въ Берлинѣ насчетъ Лезера Гельбахъ, что разсудокъ готовъ былъ подсказывать ему: ты ошибся, между тѣмъ какъ инстинктъ неотступно шепталъ: ты его нашелъ; обманъ здѣсь невозможенъ!
Наконецъ прибыло въ Неаполь и такъ долго ожидаемое довѣренное лицо, директоръ значительнаго банка.
Его показанія снова поколебали Гельбаха. Ясности можно было добиться лишь тамъ, гдѣ долгіе годы жилъ мнимый преступникъ, и съ твердой рѣшимостью сперва разслѣдовать звено за звеномъ жизнь Лезера, художникъ немедленно покинулъ Неаполь, чтобъ взять у матери Тонеллу и безостановочно ѣхать съ нею въ Берлинъ.
-----
Когда Гельбахъ прибылъ съ дѣвушкой въ свою квартиру Unter den Linden (съ помощью Марты, къ которой онъ уже раньше обратился съ письмомъ, онъ надѣялся вскорѣ найти подходящій пансіонъ для своей пріемной дочки), онъ засталъ у себя письмо Гейдена.
Скульпторъ сообщалъ, что совершилось то, чего онъ такъ давно боялся, и что Гансъ дрался на дуэли. Онъ тяжела раненъ, но въ настоящее время не безнадеженъ. Пусть Гельбахъ обрадуетъ, какъ можно скорѣе, своимъ посѣщеніемъ опечаленныхъ жителей домика близъ Шифбауэрдамма и не преминетъ захватить съ собою и дочку. Сестрица Марта отказалась отъ всѣхъ уроковъ и имѣетъ вдоволь времени, чтобъ принять на себя вмѣстѣ съ уходомъ за больнымъ и новыя материнскія обязанности.