-- Я отвѣчу вамъ тѣмъ же вопросомъ, только съ большимъ основаніемъ, gnädige Frau. Вы, конечно, не забыли, что я собирался въ Берлинъ; что же касается васъ, то вы, если не ошибаюсь, всегда имѣли причины избѣгать этого города.
-- Эти причины болѣе не существуютъ, небрежно отвѣтила она, раздраженная его тономъ, въ которомъ ей послышался укоръ.
-- Тѣмъ лучше для васъ, gnädige Frau.
Водворилось непродолжительное молчаніе.
При другихъ обстоятельствахъ и въ иномъ мѣстѣ Гельбахъ несомнѣнно простился бы съ Стефани послѣ этихъ немногихъ вѣжливыхъ фразъ. Но опасность, грозившая Евѣ, настоятельная и неотложная необходимость сорвать маску съ лица Лезера, побѣдила его нежеланіе снова завязать сношенія съ Стефани. Она могла сдѣлаться важнымъ орудіемъ для осуществленія его намѣреній въ этомъ домѣ, и, быть можетъ, ему придется еще благодарить судьбу, такъ неожиданно приведшую ее на его путь.
Пока Гельбахъ молча принималъ это рѣшеніе, Стефани внимательно слѣдила за нимъ. Даже среди полутьмы ей должно было броситься въ глаза, какъ постарѣлъ онъ въ послѣдніе мѣсяцы. Взоръ его горѣлъ мрачнымъ огнемъ, черты стали рѣзче и жестче, точно какое-то сильное горе набросило тѣнь на красивое, правильное лицо.
Возможно-ли, что и для ледяного царя наступила минута, когда сердце его заговорило и заговорило тщетно? Неужели судьба отомстила ему за страсть, пожиравшую Стефани и оставшуюся безъ взаимности? Гельбахъ не походилъ на счастливаго влюбленнаго.
Стефани ликовала.
Надо воспользоваться этимъ часомъ, ниспосланнымъ ей случаемъ,-- и мысли Орловой уже унеслись далеко за предѣлы этого часа. У нея было не мало матеріальныхъ заботъ, а... Гельбахъ великодушенъ.
Онъ первый прервалъ молчаніе.