Это было досадно, очень досадно, и въ первый разъ въ жизни Гельбахъ пожалѣлъ, что такъ мало интересовался Стефани Орловою; не будь этого, онъ искуснѣе съумѣлъ бы избѣгнуть ея.
Съ минуту подумалъ онъ сейчасъ же уѣхать и вернуться тайкомъ лишь черезъ нѣсколько дней. Но развѣ онъ трусъ, чтобъ бѣгать отъ женщины? Ради женщины, въ глубинѣ души болѣе чуждой ему, чѣмъ всякая неодушевленная картина на стѣнѣ, онъ пожертвуетъ тѣми радостями, которыхъ ожидалъ отъ родины, и свиданія съ близкими, прежде чѣмъ снова уѣдетъ на чужбину.
Онъ такъ рѣзко бросилъ на столъ розы, которыми, игралъ во время этихъ размышленій, что два полуоткрытыхъ цвѣтка отломились и упали на полъ.
Гельбахъ горько засмѣялся.
-- Для того чтобъ жить, розы должны быть даны чистыми руками. Сейчасъ покончу со всѣмъ этимъ, чтобы сегодня же послѣ обѣда съ легкимъ сердцемъ подняться вверхъ по Изару.
Онъ зажегъ папиросу, позвонилъ слугѣ, далъ ему нѣсколько приказаній относительно писемъ, найденныхъ имъ у себя, велѣлъ подать дрожки и поѣхалъ Пропилеями въ Нимфенбургскую улицу къ хорошенькому домику Стефани.
Хозяйка этой маленькой виллы, отдѣланной съ восточной роскошью и пропитанной туманящими голову ароматами, казалось, ждала визита Гельбаха почти съ увѣренностью. По крайней мѣрѣ, лакей, открывшій художнику дверь, впустилъ его въ будуаръ Стефани безъ дальнѣйшихъ разспросовъ.
Красивая женщина, закутанная въ бирюзоваго цвѣта кашемировыя ткани, распространявшія нѣжный запахъ амбры, лежала на широкой обитой блѣдной восточной матеріей кушеткѣ, держа въ бѣлыхъ зубкахъ изящную, но тяжелую сигаретку. Ея красновато-золотистые волосы, высоко-приподнятые въ видѣ пышнаго узла, придерживались усыпанной драгоцѣнными камнями стрѣлой, оставляя открытымъ бѣлый затылокъ и обнаруживая красивую форму головы.
Стефани была красавицей въ чисто-Макартовскомъ стилѣ, и, не смотря на свою досаду, Гельбахъ долженъ былъ сознаться, что рѣдко видалъ ее столъ прелестной. Ея черные глаза блестѣли нѣжною радостью, пока она протягивала ему изъ-подъ бѣлыхъ кружевъ свою тонкую ручку.
-- Ricordo? тихо спросила она.