Гельбахъ началъ звонить и стучать въ ворота. Все было тщетно.
Наконецъ окно, къ которому былъ проведенъ отъ двери звонокъ, открылось, и заспанный голосъ служанки закричалъ сверху.
-- Господина Венскаго нѣтъ дома. Онъ вернется только завтра.
И окно съ трескомъ захлопнулось.
Гельбаху не оставалось ничего дѣлать въ тотъ вечеръ, какъ зайти на телеграфъ и отправить Зибелю депешу, сообщавшую ему, что его скорѣйшее возвращеніе необходимо по важнымъ семейнымъ обстоятельствамъ.
Потомъ онъ пошелъ къ Темпельгофской набережной и, не спуская глазъ съ двери и освѣщенныхъ оконъ, принялся тревожно ходить взадъ и впередъ передъ желѣзной рѣшеткой зибелевской виллы.
Глава XIV.
Послѣ внезапнаго удаленія Лезера съ виллы, фрау Зибель велѣла позвать къ себѣ Еву. Строгой женщинѣ пришлось долго сидѣть въ будуарѣ за счетными книгами, съ хмурой физіономіей и мрачно насупленными бровями, прежде чѣмъ племянница появилась въ святилищѣ, раскрывавшемся передъ нею лишь въ особенно торжественныхъ случаяхъ. Волненіе послѣднихъ часовъ еще не совсѣмъ сгладилось съ прекрасныхъ чертъ Евы. Глаза ея, правда, не раскраснѣлись отъ слезъ, однако отблескъ жгучаго негодованія, вызваннаго въ ней поступкомъ Лезера, еще виднѣлся въ обыкновенно столь ясныхъ взорахъ, а щеки, большею частью блѣдныя, были, пожалуй, еще на одну тѣнь блѣднѣе, когда черезъ нѣсколько часовъ послѣ совѣщанія съ Лезеромъ, дѣвушка предстала передъ теткой.
Съ минуту фрау Зибель пытливо глядѣла на племянницу, точно ея холодные, проницательные глаза, могли разгадать тайну, крывшуюся въ молодой груди; вслѣдъ за тѣмъ она сказала своимъ обыкновеннымъ металлическимъ и инквизиторскимъ тономъ:
-- Прошу объяснить мнѣ, почему женихъ твой такъ скоро покинулъ тебя и еще не вернулся?