-- Я разсказала это твоей тетушкѣ.
-- Съ какою цѣлью?
-- Это ее интересовало. Послѣ этого она навѣрно ни за что не потерпѣла бы художника за своимъ столомъ, если бы не стала гораздо снисходительнѣе послѣ твоей помолвки.
-- Развѣ она въ самомъ дѣлѣ снисходительнѣе?
-- Ты очень осчастливила ее, давъ Лезеру согласіе. Жаль, что онъ въ отъѣздѣ и не можетъ сегодня познакомиться съ Гельбахомъ.
Тѣмъ временемъ Ева окончила свой простой туалетъ. Дѣвушки вышли изъ комнаты и спустились по устланнымъ ковромъ ступенямъ въ нѣсколько темноватую гостиную.
Гейденъ восторженно описалъ своему другу Гельбаху классическую красоту Евы, но когда дѣвушка, вокругъ прекраснаго стана которой падала мягкая, свѣтлая ткань, появилась въ слабо освѣщенной комнатѣ, прелестно вспыхнувъ отъ внезапнаго смущенія, Гельбахъ почувствовалъ, что при всемъ своемъ энтузіазмѣ Гейденъ сказалъ слишкомъ мало и, быть можетъ, вовсе не понялъ даже ея самаго сильнаго очарованія, ея прелестной дѣвичьей чистоты.
Ева слегка поклонилась незнакомому гостю. Важное художественное значеніе его было ей отлично извѣстно, и во всякое другое время личное сближеніе съ нимъ показалось бы ей драгоцѣннымъ даромъ, брошеннымъ къ ея ногамъ скупой судьбою.
Теперь же ея душа была такъ подавлена тяжкимъ гнетомъ, налегшимъ на нее, что въ ней не оставалось мѣста для новыхъ ощущеній.
Фалькъ, около котораго сѣла Ева, разсказалъ ей про свои занятія въ мастерской Гейдена. Она принимала всегда искреннее, горячее участіе въ стремленіяхъ даровитаго художника, но сегодня слушала его машинально, по временамъ вставляя отрывочныя слова, доказывавшія, что ея мысли далеко.