-- Я никогда не бывала въ горахъ и рѣдко выѣзжала изъ города.
Онъ чуть было не сказалъ: бѣдная плѣнница! но подавилъ это желаніе.
-- Нѣтъ ничего прекраснѣе горнаго воздуха, замѣтилъ онъ.
-- Поймете-ли вы меня, если я вамъ тѣмъ не менѣе признаюсь, что болѣе, чѣмъ по горамъ, я тоскую по морю.
-- И, быть можетъ, не безъ основанія. Молодости свойственно увлекаться неизмѣримыми пространствами, безграничной, вѣчно волнующейся стихіей. Желалъ бы первымъ показать вамъ море, тихо прибавилъ онъ.
Она ничего не отвѣчала. Гельбахъ почувствовавъ, что зашелъ слишкомъ далеко, и не желая, чтобъ водворилось молчаніе, началъ разсказывать про свои родныя горы и, прежде чѣмъ замѣтилъ, какъ это случилось, дошелъ въ своемъ описаніи до маленькаго домика въ долинѣ Изара.
Онъ изобразилъ свою старую мать, посѣдѣвшую въ тяжкомъ трудѣ, но не притупившую свои умственныя силы, нерѣдкія у крестьянъ той мѣстности и сопровождаемыя значительнымъ запасомъ здравой житейской философіи и мѣткой наблюдательности. Онъ благодарилъ судьбу, даровавшую ему счастье доставить этому дорогому существу спокойную, свѣтлую, безмятежную жизнь на склонѣ лѣтъ.
Темная тѣнь заволокла глаза Евы.
-- Вы имѣете право любить свою мать, чуть слышно прошептала она, а я и этого не смѣю. Меня разлучили съ ней, дали мнѣ другихъ, чужихъ родителей, и даже еслибъ я знала, гдѣ ее найти, я не смѣла бы поспѣшить къ ней, потому что дала слово.
Невольно взялъ онъ ея руку и. пожалъ.