-- Ростовщичествомъ и обманомъ наполняете вы свои кошели...
-- Милостивый государь, еще одно слово, и я...
-- Поберегите свои слова! Они не чище вашихъ денегъ.
Онъ размахнулся.
-- Вотъ это за имя Лакомбъ, произнесенное вашими губами, а это за "пачкуна".
И онъ дважды ударилъ Шифманна перчаткой по лицу.
Водворилось минутное гробовое молчаніе. Даже самые пьяные отрезвились при такомъ серьезномъ исходѣ дѣла.
Вслѣдъ затѣмъ, дрожа отъ бѣшенства, оскорбленный бросился на своего противника съ растопыренными пальцами, такъ что стаканы съ шумомъ упали между ними на полъ.
Но, какъ ни быстро было это движеніе, остальные предупредили его и точно желѣзными тисками удержали дрожавшаго отъ злобы Шифманна, который, не владѣя теперь своими членами, могъ только задыхаясь произнести.
-- Завтра пришлю я вамъ своихъ секундантовъ.