М-сс Доттон просто дрожала от радости, что находится в обществе человека, имеющего таких знакомых. -- Какая должна быть для вас разница, -- прошептала она. -- Роскошная жизнь на берегу, после всех опасностей на море!
-- А, -- сказал м. Стайль, -- правда, правда!
-- Страшные сражения! -- проговорила м-сс Доттон, закрывая глаза и содрогаясь.
-- К ним легко привыкаешь, -- просто отвечал герой. -- Кажется, что самое жаркое дело, в котором я участвовал, было при бомбардировке Александрии. Я стоял один. Все люди, которые не были еще убиты, разбежались, и бомбы лопались вокруг меня словно... словно фейерверк.
Вдова всплеснула руками и опять содрогнулась.
-- Я стоял как раз за ним, ожидая его приказаний, -- сказал м. Буртон.
-- Вы? -- резко проговорил м. Стайль. -- Вы? Я что-то не помню этого, Буртон.
-- Как? -- сказал м. Буртон, слабо усмехаясь. -- Я стоял прямо позади вас, сэр. Если вы припомните, сэр, я еще сказал вам, что дело порядочно жаркое?
М. Стайль сделал вид, что соображает.
-- Нет, Буртон, -- сказал он сурово. -- Нет, насколько память мне не изменяет, я был там один.