Мороуз. Что вы сказали? Громче, умоляю вас.
Эписин. Как вам будет угодно.
Мороуз. Какой божественный голос! Но можете ли вы, лэди, подобно этим господам, которых я долгой выучкой и упражнениями заставил молчать, положиться на мою волю и, отказавшись от удовольствия болтать языком, что для женщины составляет одну из главных радостей жизни, не сочтете ли вы пристойным отвечать мне знаками до тех пор, пока мои слова будут соответствовать вашим мыслям? (Эписин приседает). Превосходно! Божественно! Ах, если бы она всегда могла оставаться такою! Радуйся, Катбирд! Если это блаженство окажется продолжительным, я сделаю гебя таким же счастливым, каким сделал ты меня. Однако, подвергнем ее дальнейшему испытанию. Сударыня, я уже говорил вам, что хорошо воспитан, и угощением для моих ушей должны служить приятные и остроумные беседы и веселые шугки из уст той, которую я намерен избрать подругой своей жизни. Дамы при дворе считают величайшим для себя позором не иметь поклонников и, когда начинается любовный разговор, они не меньше своих обожателей стараются поддержать его. Неужели вы хотите своим молчанием похоронить то, чего эти дамы добиваются с таким великим трудом, лишь бы казаться учеными, даровитыми и остроумными? Неужели вы так на них непохожи, что предпочитаете замкнуть в себе свою добродетель и не отдавать ее на суд шумного света?
Эписин (тихо). Было бы грустно, если бы это было иначе.
Мороуз. Что вы сказали, лэди? Милая лэди, говорите громче.
Эписин. Было бы грустно, если бы это было иначе.
Мороуз. Ваша грусть наполняет меня радостью. О, Мороуз, ты счастливейший из смертных! Только бы мне не показать ей виду. Испытаю ее в последний раз, но теперь коснусь того, что прекрасный пол всего более принимает к сердцу. Послушайте, прелестная лэди, я желал бы видеть ту, которую я изберу своей дражайшей половиной, самой шикарной женщиной при дворе. Она должна следовать за модой на месяц вперед, оставляя всех ос ильных дам далеко позади. При ней должен находиться целый штат портных, белошвеек, кружевниц и продавцев вышивок, с которыми она могла бы совещаться по два раза в день по вопросу о последних новинках из Франции. Я хочу, чтобы в отношении красоты и разнообразия ферм и красок она превзошла даже саму природу при помощи ее служанки и соперницы -- искусства. Вот, к чему я стремлюсь! Как же вы сумеете, лэди, при такой умеренности в речах, давать многочисленные и неизбежные указания относительно лифа, рукавов, юбок, того или иного покроя платья, стежка, вышивки, кружев, проволоки, бантов, брыжжей, цветов, кушака, веера, какого-нибудь шарфа, перчаток? Что вы на это скажете?
Эписин (тихо). Я предоставляю это вам, сэр.
Мороуз. Что бы сказали? Ради Бога, немного громче.
Эписин. Я предоставляю это вашему усмотрению и вашей мудрости, сэр.