Но преторъ Анфидій Орестъ не далъ Спартаку исполнить его намѣренія. Завидѣвъ гладіаторскихъ всадниковъ, онъ тотчасъ-же выступилъ противъ нихъ во главѣ всей своей кавалеріи и послѣ горячей, хотя и непродолжительной стычки, заставилъ ихъ обратиться въ поспѣшное бѣгство.
Въ теченіи пятнадцати дней Спартакъ ждалъ, что римляне, ободренные успѣхомъ, сдѣлаютъ на него нападеніе. Однако, надежды его оказались тщетными. Старика Анфидія не такъ легко было поддѣть на удочку.
Тогда вождь гладіаторовъ рѣшился прибѣгутъ къ военной хитрости. Глубокой ночью, съ соблюденіемъ величайшей тишины, онъ съ восемью легіонами выступилъ изъ лагеря, оставивъ въ немъ Окномана съ двумя легіонами и со всей кавалеріей. Быстро двинулись гладіаторы вдоль берега; они брали всякаго, попадавшагося на пути, изъ опасенія, чтобы извѣстіе объ ихъ движеніи не дошло до римскаго военачальника.
Пользуясь указаніями мѣстныхъ угольщиковъ и дровосѣковъ, Спартакъ прошелъ черезъ густой и болотистый Террацанскій лѣсъ и совершенно неожиданно явился въ тылу римскаго лагеря.
Не мало удивился Анфидій Орестъ, когда увидалъ, что непріятель такъ неожиданно его обошелъ. Римскіе легіоны громкими криками требовали, чтобы ихъ вели противъ гладіаторовъ. Однако, Орестъ не двигался.
Напрасно прождалъ Спартакъ еще восемь дней, вызывая непріятеля на бой. Гладіаторскіе пращники подходили чуть не къ самымъ непріятельскимъ палисадамъ, насмѣхаясь надъ трусостью римлянъ, но Орестъ твердо рѣшилъ не принимать битвы при столь невыгодныхъ для него условіяхъ.
Тогда Спартакъ прибѣгнулъ къ другому маневру; въ одинъ прекрасный день Анфидій Орестъ, къ ужасу своему, узналъ отъ развѣдчиковъ, что гладіаторы расположили свои отряды не только близь Формиса и Террацинскаго лѣса, но и въ двухъ другихъ новыхъ мѣстахъ.
Дѣйствительно, Спартакъ ночью совершилъ обходъ съ четырьмя легіонами Граника и приказалъ разбить лагерь на высокомъ холмѣ, укрѣпивъ его палисадами и широкими рвами, надъ которыми два дня и двѣ ночи работали всѣ двадцать тысячъ гладіаторовъ. Въ то-же время Криссъ съ двумя своими легіонами занялъ крѣпкую позицію неподалеку отъ Пиверна.
Такимъ образомъ Спартакъ окружилъ римскаго претора, поставивъ его въ необходимость либо выступить изъ лагеря и принять битву, либо сдаться дней черезъ восемь отъ голода.
Положеніе Анфидія Ореста было серьезно. Во что-бы то ни стало онъ долженъ былъ напасть на одинъ изъ четырехъ гладіаторскихъ отрядовъ, чтобы вырваться изъ этого ужаснаго кольца. А между тѣмъ не было ни малѣйшей надежды разбить одинъ изъ отрядовъ раньше чѣмъ другіе не явятся на мѣсто битвы. Какъ-бы слабо ни было сопротивленіе корпуса Граника или Присса, оно во всякомъ случаѣ продолжится не менѣе трехъ часовъ, а въ это время тотъ или другой начальникъ отряда подоспѣетъ на помощь; самъ Спартакъ ударитъ въ тылъ и подъ конецъ на поле битвы подоспѣютъ резервы гладіаторовъ, чтобы превратить пораженіе римлянъ въ бойню.