-- Моего господина нѣтъ дома.
-- Ну, а если меня прислала къ нему одна изъ жрицъ богини Бесты?.. спросилъ Арториксъ въ полголоса.
Дворецкій, собиравшійся уже было уходить, быстро обернулся,
-- А! Такъ вотъ что! воскликнулъ онъ.-- Затѣмъ съ лукавой улыбкой прибавилъ:
-- Понимаю, понимаю... ремесло скомороха не мѣшаетъ тебѣ заниматься также ремесломъ вѣстника любви... Да, да! Понимаю!
-- Ты необыкновенно проницателенъ, отвѣчалъ съ тонкой насмѣшкой Арториксъ и затѣмъ добродушно прибавилъ:-- Что подѣлаешь! Приходится изворачиваться какъ умѣешь, чтобы свести концы съ концами.
-- Что-жъ! Дѣло хорошее. И ничего противъ этого не имѣю, замѣтилъ дворецкій.-- А если хочешь видѣть Катилину, то ступай на форумъ. Онъ теперь долженъ быть тамъ.
Съ этими словами дворецкій удалился.
Арториксъ тотчасъ-же сталъ спускаться съ Палатинскаго холма и довольно скоро дошелъ до форума. Но здѣсь давка была такъ велика, что подвигаться можно было только съ медленностью часовой стрѣлки. Около трехсотъ тысячъ человѣкъ толпились на площади, гдѣ находился храмъ Сатурна, имя котораго стономъ стояло въ воздухѣ. Шумъ и гамъ усиливался еще криками безчисленныхъ торговцевъ съѣстными припасами и всякой мелочью, скомороховъ, фокусниковъ, мимовъ, заклинателей.
Молодой гладіаторъ предоставилъ себя этой живой рѣкѣ и медленно подвигался вмѣстѣ съ нею къ храму Сатурна.