Впереди, въ нѣсколькихъ шагахъ отъ него шли три человѣка, на которыхъ Арториксъ не могъ не обратить вниманія. Это были двое юношей, очевидно, патриціевъ, недавно только надѣвшихъ тоги взрослыхъ. Одному изъ нихъ было года двадцать-два. Блѣдное, окаймленное черными кудрями, лицо его было задумчиво; черные, полные мысли, глаза равнодушно переносились съ одного предмета на другой. Спутникъ его былъ юноша лѣтъ восемьнадцати, съ правильнымъ мужественнымъ лицомъ, въ которомъ, несмотря на мягкость контуровъ, можно было замѣтить уже отпечатокъ твердаго, рѣшительнаго характера. Первый изъ этихъ молодыхъ людей былъ поэтъ Лукрецій, второй Кай Кассій, впослѣдствіи глава заговора противъ Юлія Цезаря.
Въ третьемъ Арториксъ узналъ комедіанта Метробія, котораго часто видалъ въ домѣ Суллы.
-- Смотрите! смотрите, вонъ стоитъ Клавдія! воскликнулъ Кассій, устремляя восторженный взглядъ на римлянку, стоявшую у колонны одного изъ ближайшихъ портиковъ, рядомъ съ молодымъ мальчикомъ, очевидно, ея братомъ.-- Боги, какъ она хороша! Какъ божественно хороша!
-- Если ты ее такъ любишь, отвѣчалъ Лукрецій,-- то о тебѣ жалѣть нечего. Побѣдить эту красавицу очень легко.
-- Да, подтвердилъ Метробій,-- она не изъ тѣхъ, которыя заставляютъ томиться слишкомъ долго.
-- А замѣчаешь, какъ она похожа на брата?
-- Какъ двѣ капли воды.
Въ эту минуту толпа вдругъ остановилась и Арториксъ могъ отлично разсмотрѣть ту, о которой шла рѣчь.
Ей было лѣтъ двадцать. Высокая, стройная какъ Гера, она была одѣта въ узкую короткую тупику, плотно облегавшую ея станъ, нисколько не скрывая его изящныхъ контуровъ. Матовой бѣлизны лицо, обрамленное густыми бѣлокурыми волосами, можно было-бы принять за лицо мраморной статуи, работы Фидія, если-бы не подвижный, нѣсколько чувственный ротъ и пара сѣрыхъ, дерзкихъ и вызывающихъ глазъ, сверкавшихъ изъ-подъ длинныхъ рѣсницъ.
Рядомъ съ молодой женщиной, успѣвшей уже получить разводъ отъ своего перваго мужа, стоялъ ея четырнадцати-лѣтній братъ Клавдій, до такой степени похожій на нее, что если-бъ не костюмъ, ихъ легко можно было-бы смѣшать другъ съ другомъ. Глядя на невинное личико прелестнаго мальчика, никто не угадалъ-бы въ немъ будущаго крамольнаго трибуна черни, который, черезъ нѣсколько лѣтъ спустя, долженъ былъ залить кровью своихъ согражданъ плиты этого самаго форума.