-- Ты вполнѣ заслужилъ свободу, непобѣдимый Спартакъ!
Глаза всѣхъ устремились на дверь, въ которой неподвижно стояла мужественная фигура, закутанная въ широкую темную пенулу. Это былъ Луцій Катилина.
-- Катилина! воскликнулъ Требоній, идя ему навстрѣчу. Низко кланяясь и прикладывая, по римскому обычаю, руку къ губамъ, онъ прибавилъ:
-- Привѣтъ тебѣ, великій Катилина. Кого изъ боговъ благодарить намъ за честь, которую оказалъ ты намъ своимъ посѣщеніемъ?
-- Мнѣ нужно было тебя видѣть, Требоній, сказалъ Катилина и тотчасъ-же прибавилъ, обращаясь къ Спартаку:
-- А также и тебя.
Услыхавъ грозное имя Катилины, извѣстнаго всему Риму своей жестокостью, своими убійствами и своей храбростью, гладіаторы переглянулись, смущенные и даже, нужно признаться, испуганные.
-- Меня?.. съ удивленіемъ спросилъ Спартакъ.
-- Да, тебя, спокойно отвѣчалъ Катилина, садясь на табуретку и знакомъ приглашая сѣсть всѣхъ присутствующихъ.
-- Я не ожидалъ встрѣтить тебя здѣсь, по былъ почти увѣренъ что найду Требонія и онъ скажетъ мнѣ, гдѣ могу я увидѣть тебя, безстрашный мужъ.