-- Крассъ, Крассъ! Это мой кошмаръ! Мысль о немъ не даетъ мнѣ покоя! проговорилъ со вздохомъ Кай Веръ, молодой человѣкъ, необыкновенно корыстолюбивый и алчный, пріобрѣвшій впослѣдствіи весьма незавидную славу своими грабительствами въ качествѣ проконсула Галіи и претора Сициліи {Цицеронъ: Рѣчь противъ Вера.}.
-- Бѣдный Веръ! сказалъ съ насмѣшливой улыбкой Авлъ Габиній, красивый юноша, сидѣвшій на почетномъ мѣстѣ въ качествѣ "царя пира".-- Несмѣтныя богатства Красса мѣшаютъ тебѣ спать!
-- О, неужели это никогда не измѣнится! со вздохомъ воскликнулъ Веръ.
-- И о чемъ думали эти болваны Гракхи и этотъ оселъ Друзъ, когда взбудоражили весь городъ изъ-за раздѣленія полей между плебеями, сказалъ Кай Антоній,-- когда столько бѣдныхъ патриціевъ!
-- А между тѣмъ, кто бѣднѣе насъ, кто больше насъ страдаетъ подъ игомъ жадныхъ серебряниковъ {Въ Римѣ серебряники, т. е. ювелиры, были вмѣстѣ съ тѣмъ и ростовщиками.} и несправедливыхъ законовъ!? воскликнулъ, скрежеща зубами, Луцій Бестія.
-- Мы только, кажется, на-смѣхъ родились патриціями, и глупая чернь въ шутку считаетъ насъ могущественными, сказалъ съ горечью Лентулъ Сура.
-- Мы -- нищіе, одѣтые въ лареклавы!
-- Мы -- капоцензы въ пурпурныхъ тогахъ!
-- Долой законы двѣнадцати таблицъ!
-- Смерть серебряникамъ!