-- Увѣряю тебя!
-- Однако, всего два мѣсяца тому назадъ они собирались, составляли таинственные союзы и -- это я знаю навѣрное -- готовились къ возстанію, чему-то вродѣ возмущенія рабовъ въ Сициліи.
-- И ты серьезно вѣришь въ возможность гладіаторскаго возстанія?
-- Отчего-же?.. Развѣ они не умѣютъ сражаться и умирать?
-- Въ амфитеатрахъ.
-- А почему-же, если они умѣютъ сражаться и умирать на забаву толпѣ, не могли-бы они сражаться и умирать за собственную свободу?
-- О, это совсѣмъ другое дѣло! Впрочемъ, если ты говоришь, что знала объ этомъ, то, стало быть, тогда оно и было... они составляли заговоры. Но могу тебя завѣрить, что теперь они все оставили.
-- О, я знаю причину! съ легкимъ вздохомъ сказала дѣвушка,-- или, по крайней мѣрѣ, подозрѣваю.
-- Тѣмъ лучше.
-- Гладіаторы соединились-бы между собой и возстали, еслибъ римскіе патриціи, враги сената и законовъ, согласились стать во главѣ ихъ.