-- Мать не боговъ, а обжорливыхъ гладіаторовъ! шутливо перебила его Лутація.
-- А развѣ ваши боги не были сами гладіаторами?
-- О, Юпитеръ, какія богохульства мнѣ приходится слышать! вскричала съ негодованіемъ Лутація.
-- Клянусь Гезу, я не лгу и не богохульствую, отвѣчалъ Крассъ. Оставляю Марса и его подвиги въ сторонѣ и приведу только для примѣра Геркулеса и Вакха. Если они оба не были лихими гладіаторами, совершившими подвиги, достойные цирка и амфитеатра, то пусть молнія Юпитера испепелитъ нашего добраго ланиста Аціона!
Громкій смѣхъ былъ отвѣтомъ на послѣднее восклицаніе, и нѣсколько голосовъ вскричало:
-- Utinam, Utinam -- дай-то богъ!
Когда шумъ умолкъ, Крассъ снова обратился къ Лутаціи:
-- Скажи мнѣ, кто ужиналъ за этимъ столикомъ?
Лутація обернулась и, взглянувъ на указанный ей столикъ, вскричала:
-- Но куда-же онъ пропалъ? Вотъ такъ штука!