И. Л.
Здравствуй, мой другъ!
О Радищевѣ слышу теперь, что онъ живъ: вотъ все, что могу о немъ сказать, а гдѣ -- не знаю.
Копіи съ писемъ изъ Берлина отъ Алексѣя Михайловича Кутузова: No I -- къ князю Николаю Никитичу Трубецкому въ С.-Петербургъ; No II -- къ Ивану Владиміровичу Лопухину въ Москву. Иванъ Пестель. Москва, 21-го ноября 1790 г.
23.
А. М. Кутузовъ -- кн. H. Н. Трубецкому.
1-го (12) ноября. Берлинъ.
No I. Любезный другъ! По письму вашему справлялся я касательно ѲN: мнѣ сказывали, что она быть можетъ употребляема съ пользою въ епилепсіяхъ и параличѣ, въ томъ же количествѣ, какъ я прежде писалъ вамъ. При семъ случаѣ узналъ я то, чего прежде не зналъ; что спѣшу сообщить вамъ. Сія соль не терпитъ ничего металлическаго, прикосновеніе оныхъ отнимаетъ или, по малой мѣрѣ, ослабѣваетъ ея силы и дѣйствованіе, и для того надлежитъ брать оную деревянною лопаточкою, а и того лучше костянымъ ножичкомъ, т. е., чтобы и самое лезвіе онаго было костяное; однимъ словомъ, такимъ ножикомъ, каковымъ щеголи очищаютъ пудру.
О себѣ скажу, слава Богу, здоровъ. Работы мои на нѣкоторое время остановились по причинѣ той, что, по зрѣломъ размышленіи, нашли, что извѣстное вамъ обѣщаніе не можетъ быть произведено въ дѣйствіе безъ соизволенія свыше.
На сей недѣлѣ Геликолусъ писалъ о семъ; по малой мѣрѣ, хотѣлъ писать, ободряя меня, по возможности, съ твердою надеждою, какъ онъ говоритъ, получить желаемое соизволеніе, но до сего времени нѣтъ возможности приступить къ дальнѣйшимъ работамъ, между которыми и сія Ѳ занимаетъ свое мѣсто, между тѣмъ будетъ, однако-жъ, производить работу весьма важную; но какъ предварительное приготовленіе оной не зависитъ отъ рукъ человѣческихъ, то и принуждены ожидать сего нѣсколько недѣль съ терпѣніемъ.