-- Кажется, вы никогда не видали, чтобъ я ухаживалъ за женщинами,-- сказалъ Деронда, не находя ничего непріятнаго въ шуткѣ сэра Гюго.

-- Такъ ли? Ты всегда бросаешь нѣжные взоры на женщинъ и говоришь съ ними по-іезуитски. Ты опасный человѣкъ, нѣчто вродѣ Ловеласа, который не самъ гоняется за Кларисами, а заставляетъ ихъ бѣгать за собою.

Деронда былъ убѣжденъ, что онъ никогда не ухаживалъ за женщинами, и потому его не на шутку разсердили слова сэра Гюго. Но въ то-же время онъ былъ очень радъ, что баронетъ не зналъ о выкупѣ ожерелья Гвендолины, и рѣшился впередъ быть осторожнѣе, напримѣръ, въ своемъ обращеніи съ Мирой.

Мистрисъ Мейрикъ не замѣдлила написать Дерондѣ о подробностяхъ пребыванія Миры въ ея домѣ. "Съ каждымъ днемъ привязанность наша къ ней растетъ,-- писала она;-- по утрамъ мы всѣ съ нетерпѣніемъ ждемъ ея появленія среди насъ и наблюдаемъ и прислушиваемся къ ней такъ, какъ будто она упала къ намъ съ другой планеты; я питаю къ ней полное довѣріе и если бы вы видѣли, какъ она довольна и за все благодарна! Она занимается съ моими дочерьми, которыя стараются достать ей еще уроковъ, ибо больше всего ее страшитъ мысль жить на даровыхъ хлѣбахъ, она всей душой рвется къ работѣ. Мабъ говоритъ, что наша жизнь превратилась въ чудную сказку и только боится, что Мира снова превратится въ соловья и улетитъ отъ насъ прочь. У нея великолѣпный голосъ: не громкій и не сильный, но очаровательный и мягкій, какъ думы о прошломъ; такой, именно, голосъ, который по душѣ такимъ старухамъ, какъ я". Мистрисъ Мейрикъ благоразумно при этомъ умолчала, что Эми и Мабъ, сопровождавшія Миру въ синагогу, нашли еврейскую религію гораздо менѣе подходящей ихъ подругѣ, чѣмъ Ревеккѣ изъ романа "Айвенго". Онѣ умолчали объ этомъ изъ деликатности, такъ какъ по опыту знали, что для Миры ея религія слишкомъ священна, чтобы касаться ее слегка, но, спустя нѣкоторое время, Эми, будучи неисправимой реформаторшей, не могла удержаться отъ вопроса:

-- Простите меня, Мира,-- начала она осторожно,-- не находите ли вы страннымъ, что женщины у васъ сидятъ позади за рѣшеткой, отдѣльно на галлереѣ?

-- Я никогда объ этомъ не думала,-- съ удивленіемъ отвѣтила Мира.

-- И вамъ нравится, что мужчины остаются въ шляпахъ?-- въ свою очередь спросила Мабъ, намѣренно касаясь мелочей.

-- О да, я люблю все то, что привыкла тамъ видѣть съ дѣтства; оно заставляетъ меня вновь переживать тѣ же чувства, а съ ними я ни за что въ мірѣ не хотѣла бы разстаться.

Послѣ этого всякая критика религіи и ея обрядовъ прекратилась: благороднымъ хозяевамъ казалось это нарушеніемъ гостепріимства. Въ Мирѣ ея вѣра была скорѣе чувствомъ чѣмъ догматомъ.

-- Мира сама говоритъ, что она плохая еврейка,-- сказала Эми, когда ихъ гостья улеглась спать,-- по всей вѣроятности это у нея пройдетъ; если только она насъ очень полюбитъ и, къ тому же, не найдетъ своей матери, то я увѣрена, что она превратится въ такую же христіанку какъ всѣ. Неправда-ли, странно, что еще теперь исповѣдуютъ еврейскую религію!