Сердце Гвендолины судорожно забилось. Она хотѣла сказать: "Ты нарушаешь слово, данное мнѣ передъ свадьбой", но не смѣла. Она боялась ссоры съ нимъ, какъ-будто эта ссора должна была кончиться насиліемъ съ его стороны.
-- Я думала, что ты рѣшительно закрылъ для него двери нашего дома,-- сказала она послѣ минутнаго молчанія и, скорѣе съ покорностью побѣжденнаго, чѣмъ съ негодованіемъ.
-- Онъ мнѣ теперь нуженъ, и ты будешь съ нимъ прилична.
Оба замолчали. Въ брачной жизни бываетъ минута, когда самый преданный мужъ, до свадьбы обѣщавъ женѣ не курить, неожиданно вынимаетъ сигару въ полномъ убѣжденіи, что жена обязана примириться съ его табачнымъ дымомъ. М-ръ Лушъ, въ данномъ случаѣ, былъ, если можно такъ выразиться, очень большой сигарой.
ГЛАВА XLVI.
Настало время для открытія Мардохею, что Мира его сестра, и для переѣзда его на новую квартиру, гдѣ онъ могъ-бы жить вмѣстѣ съ нею. М-съ Мейрикъ, которой Деронда открылъ все, кромѣ своихъ особенныхъ отношеній къ Мардохею, помогла ему найти приличную квартиру въ Бромптонѣ, въ нѣсколькихъ минутахъ разстоянія отъ ея дома, такъ что братъ и сестра могли постоянно пользоваться ея материнскими попеченіями. Она старательно скрывала свои хлопоты отъ дѣтей, такъ-какъ они непремѣнно все разболтали-бы Мирѣ, а м-съ Мейрикъ и Деронда хотѣли обезпечить ея независимость прежде, чѣмъ она узнаетъ брата. Быть можетъ, добрая женщина сомнѣвалась въ достоинствахъ еврея, и, если радовалась предполагаемому счастѣю Миры, то исключительно изъ слѣпой вѣры въ слова Деронды. Болѣзнь Мардохея, конечно, возбуждала въ ней сожалѣніе, но, какъ могла она сочувствовать его идеямъ, которыя ей показались лишь еврейскимъ упорствомъ? какъ могла она радоваться появленію въ своемъ семейномъ кружкѣ человѣка, выражавшагося, подобно стариннымъ пуританамъ въ романѣ Вальтеръ-Скота, какими-то таинственными намеками? Она нисколько не была прозаична, но можно съ восторгомъ читать цѣлую ночь біографіи суровыхъ аскетовъ, въ родѣ Сакіа-Муни, Св. Франциска или Оливера Кромвеля, и въ то-же время вы пришли-бы въ ужасъ, если-бъ одна изъ подобныхъ личностей, явилась вдругъ къ вамъ въ гости, а, тѣмъ болѣе, оказалась бы вашимъ родственникомъ. Къ тому-же, м-съ Мейрикъ всегда надѣялась, вмѣстѣ со своими дочерьми, что преданность Миры еврейской вѣрѣ мало-по-малу ослабѣетъ отъ постоянныхъ дружескихъ сношеній съ ея семействомъ, и, въ глубинѣ своего сердца, оканчивала романъ молодой еврейки не нахожденіемъ ея родственниковъ, а свадьбой съ Гансомъ, любовь котораго не была тайной для матери. А теперь вдругъ появился братъ, который, конечно, еще болѣе укрѣпитъ въ Мирѣ всѣ ея еврейскія стремленія. Поэтому она не могла удержаться, чтобъ не сказать Дерондѣ:
-- Я не менѣе вашего рада, что ея братъ не закладчикъ Коганъ, и увѣрена, что Мардохей хорошій человѣкъ. Я, вообще, рада убѣдиться въ томъ, что не всѣ евреи похожи на Эзру Когана, который хватаетъ за полы всякаго проходящаго мимо его лавки, чтобы затащить его къ себѣ и не отпустить до тѣхъ поръ пока онъ у него чего-нибудь не купитъ. Этотъ второй Эзра, котораго вы назвали Мардохеемъ, мнѣ симпатиченъ уже потому, что онъ такъ тепло относится къ своей матери и сестрѣ; это доказываетъ, что у него доброе любящее сердце; но я никогда не любила фанатиковъ, вѣроятно, потому, что въ юности меня слишкомъ доканали проповѣдями.
-- Я не думаю, чтобъ Мардохей надоѣдалъ кому-бы-то ни было своими проповѣдями,-- отвѣтилъ Деронда;-- онъ не фанатикъ, то-есть, не человѣкъ съ узкимъ, одностороннимъ взглядомъ, несправедливо и несочувственно относящійся къ людямъ противоположныхъ мнѣній. Мардохей-- энтузіастъ; я такъ называю высшій умъ, стремящійся къ всеобщему благу, къ счастью всего человѣчества. Онъ не еврей, въ строгомъ смыслѣ этого слова, никому не прощающій малѣйшее отступленіе отъ традицій, и высказываетъ удивительное снисхожденіе и сочувствіе ко всѣмъ. Люди, съ которыми онъ живетъ, чрезвычайно его любятъ, хотя и не въ состояніи его понимать.
-- Хорошо, я буду любить его за тѣ хорошія стороны, которыя увижу въ немъ, а относительно другихъ достоинствъ я повѣрю вамъ на-слово. Согласно вашему опредѣленію, можно быть фанатикомъ и поклоняться только здравому смыслу; мой мужъ всегда говаривалъ, что плохо было-бы жить на свѣтѣ, еслибы въ немъ не было ничего, кромѣ здраваго смысла. Во всякомъ случаѣ -- (разговоръ происходилъ въ квартирѣ, которую приготовляли для Мордохея и его сестры),-- я позабочусь о томъ, чтобъ нигдѣ не дуло изъ оконъ и чтобъ у брата Миры была мягкая постель.
-- Теперь надо обо всемъ предупредить Мардохея и перевезти его сюда, что, пожалуй, будетъ не особенно легко,-- сказалъ Деронда.