-- Мардохей! Къ вамъ пришелъ вашъ молодой франтъ.
Такъ его назвалъ когда-то отецъ въ присутствіи Якова, и теперь маленькій Каганъ хотѣлъ этимъ окончательно осадить Деронду.
Мать и бабушка закричали на мальчика, а Деронда войдя въ мастерскую, увидалъ, что въ ней тоже были сдѣланы нѣкоторыя приготовленія для его пріема: огонь горѣлъ въ каминѣ, свѣчи были зажжены, коверъ положенъ на полъ передъ креслами, а Мордохей смотрѣлъ на него пылающимъ взоромъ, какъ будто онъ ожидалъ отъ него чего-то рокового. Это тѣмъ болѣе удивило Деронду, что изъ его письма къ Мардохею ничего особеннаго нельзя было заключить.
Нѣсколько минутъ они оба молчали. Наконецъ, Деронда взялъ свободный стулъ, придвинулъ его къ столу и сѣлъ рядомъ съ Мардохеемъ.
-- Вы пришли сказать мнѣ то, чего такъ жаждетъ моя душа,-- сказалъ Мардохей торжественнымъ, увѣреннымъ тономъ.
-- Да, я имѣю сказать вамъ нѣчто важное и, надѣюсь, радостное для васъ,-- отвѣтилъ Деронда.
-- Вы узнали о своемъ происхожденіи!-- воскликнулъ Мардохей съ жаромъ;-- вы теперь мой братъ. Насъ не раздѣляетъ уже болѣе никакое сомнѣніе. Наслѣдіе моихъ отцовъ -- это и ваше?..
-- Я ничего не узналъ новаго о себѣ,-- промолвилъ Деронда, зная, что разочарованіе будетъ слишкомъ тяжело для Мардохея, и не желая поддерживать въ немъ несбыточныхъ надеждъ.
Мардохей опустился въ кресло въ безмолвномъ отчаяніи. То, о чемъ онъ мечталъ цѣлые дни, на что онъ надѣялся и во что вѣрилъ,-- обмануло его. Этотъ ударъ былъ слишкомъ силенъ, и онъ страдальчески закрылъ глаза.
-- Но,-- продолжалъ Деронда послѣ минутнаго молчанія,-- я познакомился съ близкой вамъ особой.