-- Значитъ, ты, Мардохей, оставляешь насъ навсегда.
-- Ты уходишь туда, гдѣ нѣтъ такихъ дѣтокъ, какъ наши? въ свою очередь проговорила жена Эзры жалобно.
-- Гдѣ ни Якова, ни Аделаиды, ни Евгеніи нѣтъ!-- прибавила старушка -- и окончательно расплакалась.
-- Такъ, такъ;-- послѣдовалъ за нею и Эзра,-- значитъ, нашъ Яковъ забудетъ все, что онъ когда-то училъ. Придется, значитъ, отдать его въ школу.
Маленькій Яковъ все это слушалъ съ широко раскрытыми глазами. Онъ не вѣрилъ словамъ Деронды, потому что вообще не могъ себѣ представить, чтобы Мардохей могъ когда-нибудь уйти отъ нихъ навсегда, чтобы проходили дни, недѣли, годы, въ которые онъ не увидитъ своего учителя. Но, когда Эзра заговорилъ о школѣ, Яковъ понялъ, что это не шутка и разревѣлся. Аделаида также послѣдовала ево примѣру, такъ-какъ вообще любила дѣлать то, что дѣлалъ ея старшій братъ. Вскорѣ изъ люльки присоединился къ нимъ голосъ разбуженнаго младенца, и всѣ трое дружно заголосили. Мардохей вздрогнулъ и поманилъ къ себѣ Якова, который радостно подбѣжалъ къ нему и прижался головкой къ его плечу.
Между тѣмъ, Эзра, чувствуя, что онъ, какъ хозяинъ отвѣтственъ передъ гостемъ за безпорядокъ въ домѣ, набрался духу и, обращаясь къ Дерондѣ твердо заговорилъ:
-- Вы должны знать, господинъ, что мы вообще не алчны и не завистливы и, еслибы явился человѣкъ, который устроилъ-бы Мардохею такую-же лавку, какъ у меня, и на нашей-же улицѣ, по сосѣдству съ нами, то повѣрьте, что это-бы меня нисколько не огорчано. Дѣло въ томъ, что я и самъ не изъ послѣдняго десятка и въ обиду себя не дамъ... Я могу пресмыкаться передъ сильнымъ, извиваться, какъ червякъ, но при первой возможности, снова стану на ноги. Вотъ и теперь, когда вы лишаете насъ помощника въ домѣ, я не тужу. Дѣло въ томъ, что еврей обыкновенно творить добро не для награды, а во имя добра. Правда, мнѣ придется теперь потратиться на учителя для Якова, но я никогда не былъ скрягой и теперь тоже не буду скупиться на это дѣлю. Конечно, не скрою отъ васъ, наши женщины и дѣти слишкомъ привыкли къ нему, и имъ жалко съ нимъ разстаться: но -- на то онѣ женщины, и не даромъ мы, мужчины, ежедневно благодаримъ Бога за то, что онъ не создалъ насъ женщинами... Простите-же насъ за все, что вамъ пришлось пережить въ нашемъ домѣ. Что-же касается до посланной Богомъ Мардохею молодой дѣвушки -- сестры, то вѣдь вы сами понимаете, на сколько мы всѣ рады его счастью.
Эзра замолчалъ, но прежде, чѣмъ Деронда собрался отвѣтить на эту странную, полупонятную рѣчь, Мардохей воскликнулъ:
-- Друзья мои!-- я никогда не разстался-бы съ, вами ради лучшей пищи, одежды или жилища. Вы любовью услащали мнѣ каждый кусокъ хлѣба, и я надѣялся до конца своей жизни жить у васъ и учить Якова. Конечно, я безъ важной причины не отвернулся-бы отъ вашей нѣжной доброты. Но вы, вѣдь, знаете: "награда за исполненіе одной обязанности заключается въ способности исполнять другую", какъ говоритъ Бенъ-Азай. Вы обратили свой долгъ къ ближнимъ въ радость для себя и утѣшеніе для меня; ваша награда будетъ въ томъ, что вы никогда не лишитесь возможности доставлять себѣ счастье подобными добрыми дѣлами... А Якову можно будетъ приходить ко мнѣ?-- спросилъ вдругъ Мардохей, обращаясь къ Дерондѣ.
-- Конечно,-- произнесъ Деронда,-- ваша новая квартира недалеко отсюда, въ Бромптонѣ.