"Я уѣзжаю сегодня, приходи сейчасъ".
Черезъ, нѣсколько минутъ онъ уже снова былъ въ той-же комнатѣ, въ которой происходило ихъ первое свиданіе, теперь въ ней царствовалъ полумракъ отъ спущенныхъ сторъ и занавѣсей. Княгини въ комнатѣ не было, но она вскорѣ вошла; на ней былъ широкій темный, шелковый капотъ, съ головы по прежнему спускались волны кружевъ и руки виднѣлись изъ-подъ широкихъ рукавовъ обнаженными до локтей. Въ полумракѣ ея лицо казалось еще болѣе поразительнымъ, глаза большими, очертанія болѣе энергичными. Ее легко можно было-бы принять за чародѣйку, которая приготовляла средства для возвращенія юности старикамъ, но съ презрѣніемъ отворачивалась отъ нихъ сама, потому что достаточно пожила въ юности.
Она положила обѣ свои руки сыну на плечи, поцѣловала его и величественно опустилась на диванъ, приглашая Деронду сѣсть рядомъ.
-- Вы совершенно оправились, мамаша?-- спросилъ онъ, молча повинуясь ея жесту.
-- Да; мнѣ теперь лучше. Ты хочешь узнать отъ меня что-нибудь о прошломъ?-- произнесла она, скорѣе тономъ повелительницы, чѣмъ матери.
-- Да; не можете-ли указать мнѣ въ Генуѣ домъ, гдѣ вы жили вмѣстѣ съ моимъ дѣдомъ?-- спросилъ Деронда.
-- Нѣтъ; отвѣтила она, нетерпѣливо махнувъ рукою,-- онъ снесенъ. Но о нашемъ семействѣ и о вѣчныхъ странствованіяхъ отца, ты найдешь всѣ подробности въ бумагахъ, находящихся въ шкатулкѣ. Мой отецъ, какъ я уже сказала, былъ докторомъ, а мать принадлежала къ семейству Мортейра. Я родилась въ этой средѣ не по своей волѣ и, какъ только была въ состояніи, покинула ее на вѣки.
Деронда постарался скрыть непріятное впечатлѣніе, произведенное на него этими словами, и поспѣшно сказалъ:
-- Я желаю слышать отъ васъ только то, что вы сами сочтете нужнымъ мнѣ сказать.
-- Я полагаю, что уже передала тебѣ все, что только можно отъ меня требовать,-- сказала княгиня холоднымъ, равнодушнымъ тономъ.