Лушъ всталъ, взялъ собаку на руки, хотя она была довольно тяжела и онъ не любилъ нагибаться, вынесъ ее изъ комнаты и возвратился минуты черезъ двѣ. Усѣвшись противъ Грандкорта, онъ закурилъ сигару и спокойно спросилъ;
-- Вы сегодня поѣдете въ Кветчамъ верхомъ или въ экипажѣ?
-- Я вовсе и не собираюсь туда.
-- Но вы не ѣздили туда и вчера.
-- Вы, конечно, послали мою карточку и велѣли спросить о здоровьѣ?-- произнесъ Грандкортъ послѣ минутнаго молчанія.
-- Я самъ туда ѣздилъ часа въ четыре и сказалъ,-- что вы, вѣрно, пріѣдете позже. Васъ, конечно, ждали, но если вы поѣдете сегодня, то легко объяснить неисполненіе вашего намѣренія какой-нибудь случайностью.
Снова наступило молчаніе.
-- Кто приглашенъ въ замокъ?-- спросилъ Грандкортъ черезъ нѣсколько минутъ.
-- Капитанъ и м-съ Торингтонъ пріѣдутъ на будущей недѣлѣ,-- отвѣтилъ Лушъ, вынимая изъ кармана памятную книжку;-- потомъ будутъ м-ръ Голлисъ и леди Флора, Кушаты и Гогофы.
-- Нечего сказать, порядочная дрянь,-- замѣтилъ Грандкортъ;-- зачѣмъ вы пригласили м-ра Гогофа съ женою? Когда вы пишете приглашенія отъ моего имени, то будьте такъ любезны, покажите мнѣ списокъ прежде, чѣмъ разошлете ихъ, а то вы навязали мнѣ на шею какую-то великаншу. Она испортитъ своимъ присутствіемъ всю мою гостиную.