Когда она заперла за нимъ дверь пріемной, Феликсъ сказалъ:
-- Я боялся, что васъ встревожитъ шумъ. Я пришелъ сказать вамъ, что теперь все успокоилось, хотя впрочемъ еще слышно ихъ.
-- Да, сказала Эсѳирь,-- мнѣ было страшно. Крики толпы такъ ужасны. Хорошо еще, что отца нѣтъ дома -- что онъ внѣ всякой опасности, которой могъ бы подвергнуться, еслибъ онъ былъ здѣсь. Но вы вѣроятно были въ самомъ разгарѣ опасности, сказала она улыбаясь и твердо рѣшась не выказывать особенной чувствительности.-- Присядьте же и разскажите мнѣ, что случилось.
Они сѣли въ разныхъ концахъ старой черной софы, и Феликсъ сказалъ:
-- Говоря по правдѣ, я заперся и старался быть равно душнымъ къ выборамъ, какъ будто бы я былъ одною изъ рыбъ Лаппы; но наконецъ шумъ сдѣлался слишкомъ невыносимъ. Я пошелъ и увидѣлъ только конецъ тревоги. Бѣдные буяны должно быть присмирѣли передъ магистратомъ и констэблями. Надѣюсь, что никого не ушибли. Страшно только, чтобы они опять не принялись за то же черезъ день или два; ихъ податливость можетъ быть вовсе не хорошій признакъ. Въ городѣ много подозрительныхъ личностей; если они еще подопьютъ, дѣло можетъ кончиться худо. Однако.... Феликсъ замолчалъ на полусловѣ, какъ будто найдя разговоръ пустымъ и ненужнымъ, сжалъ руки позади головы и, откинувшись на спинку софы, посмотрѣлъ на Эсѳирь, которая тоже глядѣла на него.
-- Можно мнѣ побыть здѣсь немного? сказалъ онъ черезъ минуту, показавшуюся длинной.
-- Пожалуйста, сказала Эсѳирь, краснѣя. Чтобы ободрить себя, она взяла какое-то рукодѣлье и нагнула голову. Она была ужасно рада приходу Феликса, но она глядѣла дальше, думала о будущемъ, думала о томъ, какъ онъ уѣдетъ и какъ они разстанутся, можетъ быть съ тѣмъ чтобы никогда не встрѣтиться. Воля у него была непреклонная. Онъ былъ скалой, а она бѣлымъ, мимолетнымъ облачкомъ.
-- Какъ бы мнѣ хотѣлось быть вполнѣ увѣреннымъ, что вы смотрите на вещи именно такъ, какъ я, сказалъ онъ вдругъ послѣ минутнаго молчанія.
-- Я увѣрена, что вашъ взглядъ гораздо вѣрнѣе и благоразумнѣе моего, сказала Эсѳирь съ горечью и не поднимая глазъ.
-- Есть люди, мнѣніе которыхъ для насъ особенно дорого. Я знаю, что вы думаете, что я человѣкъ безъ сердца -- или покрайней мѣрѣ безъ сильныхъ привязанностей. Вы думаете, что я ничего не люблю, кромѣ своихъ убѣжденій и своихъ личныхъ цѣлей.