Дня черезъ два послѣ этого письма, Джерминъ вошелъ въ маленькую гостиную Тренсомъ-Корта. Маленькая гостиная была прелестной комнатой въ возобновленномъ видѣ: въ ней было два хорошенькихъ бюро съ инкрустаціями, большія китайскія вазы съ восхитительными ароматами, группы цвѣтовъ въ овальныхъ рамкахъ по стѣнамъ и портретъ м-ссъ Тренсомъ въ бальномъ костюмѣ 1800 года, съ садомъ на заднемъ фонѣ. Эта блестящая молодая женщина глядѣла съ улыбкой на Джермина, когда онъ проходилъ по комнатѣ; и кромѣ этого взгляда, въ гостиной не было пока никакого другаго. Онъ не могъ не встрѣтить его, ходя по комнатѣ, съ шляпою въ рукахъ за спиною,-- не могъ не вспомнить многаго, поднявшагося съ души при взглядѣ на эту улыбку; но умъ его былъ исключительно направленъ на переложеніе каждаго воспоминанія въ оцѣнку собственнаго своего достоинства. Когда онъ былъ молодымъ человѣкомъ, передъ нимъ открывалось множество дорогъ; можетъ быть, еслибъ онъ тогда не вступилъ (главнымъ образомъ, разумѣется, имѣя въ виду общественное мнѣніе, потому что къ чему бы послужили его личныя чувства безъ этой поддержки?) на путь, по которому теперь шелъ, можетъ быть было бы для него лучше.!"о всякомъ случаѣ, ему на долю можетъ выпасть теперь самое худшее на этомъ пути, а между тѣмъ ему казалось, что онъ больше, другихъ имѣлъ бы право на самое лучшее. Счастливый Язонъ, какъ намъ извѣстно изъ Эврипида, усердно благодарилъ богиню и былъ твердо увѣренъ въ томъ, что онъ ничѣмъ не обязанъ Медеѣ: Джерминъ можетъ быть не зналъ этого, но тоже считалъ себя свободнымъ отъ обязательствъ, а другихъ кругомъ обязанными ему, съ врожденной безсовѣстностью ничуть не меньше Язона.
Не прошло и трехъ минутъ, и какъ-будто волшебствомъ, блестящая, молодая, улыбающаяся женщина сошла со стѣны и показалась на порогѣ изсохшею и поблекшею подъ многими зимами, и съ губами и глазами, навсегда утратившими улыбку. Джерминъ подошелъ къ ней и пожалъ ей руку, но никто изъ нихъ не сказалъ ни слова въ привѣтствіе. М-ссъ Тренсомъ сѣла и указала, на стулъ противъ себя.
-- Гарольдъ уѣхалъ въ Ломфордъ, начала она сдержаннымъ голосомъ.-- Вы хотѣли сообщить мнѣ что-то особенное?
-- Да, сказалъ Джерминъ своимъ мягкимъ и почтительнымъ тономъ.-- Въ послѣдній разъ, когда я былъ здѣсь, я не имѣлъ возможности переговорить съ вами; но мнѣ очень хотѣлось бы узнать, извѣстно ли вамъ, что произошло между мной и Гарольдомъ.
-- Да, онъ мнѣ все разсказалъ.
-- Онъ сказалъ вамъ, что затѣялъ противъ меня искъ и отчего пріостановилъ его?
-- Да; а развѣ вы получили извѣстіе о томъ, что онъ снова его поднялъ?
-- Нѣтъ, сказалъ Джерминъ съ очень непріятнымъ ощущеніемъ.
-- Но конечно онъ это сдѣлаетъ, сказала м-ссъ Тренсомъ.-- Ему нѣтъ никакого основанія не дѣлать.
-- Стало-быть онъ рѣшился потерять имѣніе?