Черезъ часъ, когда Гарольдъ поправилъ подушки матеря и опять сѣлъ возлѣ нея, она сказала:
-- Если эта милая дѣвушка выйдетъ за тебя, Гарольдъ, это будетъ большимъ счастьемъ и для тебя и для меня.
Но Гарольдъ еще до окончанія дня узналъ, что этому никогда не бывать. Молодое созданье, порхнувшее бѣлоснѣж476 ной, мимолетной голубкой нндъ мрачной стариной воспоминаній и новымъ изящнымъ убранствомъ Тренсомъ-Корта, не могло свить себѣ тамъ гнѣздышка. Гарольдъ выслушалъ изъ устъ самой Эсѳири, что она любитъ другаго и безусловно отказывается отъ всякихъ нравъ на Трейсомсное наслѣдіе.
ГЛАВА LI.
Въ одинъ апрѣльскій день, когда солнце сверкало въ замедлившихъ дождевыхъ капляхъ, Лидди вышла со двора, а Эсѳирь усѣлась въ кухнѣ на ивовомъ плетеномъ креслѣ у бѣлаго стола, между печью и окномъ. Котелъ распѣвалъ на плитѣ, а часы прилежно постукивали, приближаясь къ четыремъ,
Она не читала, а вязала; пальцы проворно двигались; что-то похожее на лучъ играло на ея полуооткрытыхъ губахъ. Вдругъ она опустила работу, прижала обѣ руки къ колѣнамъ и слегка наклонилась впередъ. Въ слѣдующую минуту раздался громкій ударъ въ дверь. Она вскочила, отворила, но сама спряталась за дверь.
-- М. Лайонъ дома? спросилъ Феликсъ громкимъ голосомъ
-- Нѣтъ, сэръ, отвѣтила Эсѳирь изъ-за двери;-- но миссъ Лайонъ дома къ вашимъ услугамъ.
-- Эсѳирь! вскричалъ Феликсъ съ удивленіемъ.
Они взялись за руки и съ восторгомъ посмотрѣли другъ другу въ лицо.