-- Надѣюсь, что я не осрамлю вашей рекомендаціи, дядя,-- сказалъ Томъ, уязвленный, какъ и всѣ мальчики, тою непріятною истиною, что люди не относятся къ нимъ съ довѣріемъ.-- Для этого я слишкомъ дорожу собственною репутаціею.
-- Молодецъ, молодецъ Томъ! Хорошо сказано! Я никогда не отказываю никому, кто готовъ стараться. Сейчасъ у меня есть въ виду одинъ юноша, лѣтъ двадцати двухъ: я для него все готовъ сдѣлать. Но только видишь: онъ превосходно умѣетъ считать, въ одну секунду вычислитъ тебѣ кубическое содержаніе чего угодно, и на дняхъ указалъ мнѣ новый рынокъ для шведской коры. Какъ онъ понимаетъ толкъ въ товарахъ -- просто чудо!
-- Значитъ, мнѣ нужно выучиться бухгалтеріи, дядя,-- сказалъ Томъ, желая выказать свою готовность трудиться.
-- Да, да, это полезно. Но... кажется, ко мнѣ пришли. Ну, Томъ, намъ говорить больше не о чемъ, и мнѣ пора опять за дѣло. До свиданія, поклонись матери!
Г. Динъ привѣтливо протянулъ ему руку. Томъ опять очутился на улицѣ. Туманъ сталъ еще гуще; не видно было почти ничего; но вдругъ его вниманіе привлекла бумага, наклеенная на стѣнѣ передъ самымъ его носомъ. Это было объявленіе о распродажѣ на Дорлькотской мельницѣ, и оно заставило его зашагать еще быстрѣе.
На возвратномъ пути бѣдный Томъ уже не мечталъ о будущемъ: онъ только чувствовалъ всю тягость настоящаго. Ему казалось оскорбительнымъ, что дядя Динъ не питаетъ къ нему довѣрія. Очевидно, ему, Тому Тулливеру, не легко будетъ добиться уваженія людей, и его сердце сжималось отъ сознанія, что онъ и въ самомъ дѣлѣ весьма невѣжественъ и ничего не умѣетъ. Кто былъ тотъ достойный зависти молодой человѣкъ, умѣвшій моментально опредѣлять кубическое содержаніе чего угодно и знавшій толкъ въ какой-то шведской корѣ? До сихъ поръ Томъ былъ вполнѣ доволенъ собою, несмотря на плохіе успѣхи въ латыни и въ геометріи; но сейчасъ онъ чувствовалъ себя униженнымъ и понималъ, что есть цѣлая масса познаній, которыхъ ему не хватаетъ.
-- Что сказалъ тебѣ дядя Динъ, Томъ?-- спросила Магги, просовывая руку подъ руку Тома, который сумрачно грѣлся въ кухнѣ.-- Обѣщалъ онъ тебѣ мѣсто?
-- Нѣтъ, не обѣщалъ. Онъ ничего не обѣщалъ мнѣ. Онъ, кажется, думаетъ, что мнѣ трудно достать хорошее мѣсто: я слишкомъ молодъ.
-- Но онъ былъ ласковъ съ тобою, Томъ?
-- Ласковъ? ахъ, это все равно! Вотъ въ чемъ бѣда: я все время учился латыни и всякому вздору, совсѣмъ ненужному, а теперь дядя говоритъ, что нужна бухгалтерія, ариѳметика... онъ, кажется, думаетъ, что я никуда не гожусь.