Онъ обернулся лицомъ въ противоположную сторону и продолжалъ:
-- Да и старая мельница, пожалуй, безъ меня молотъ не захочетъ! Помню, когда отецъ началъ дѣлать солодъ, точно это было вчера. Въ тотъ день, когда докроили солодовню, у насъ былъ праздникъ и угощеніе съ пуддингомъ. Я и. говорю матери... Красивая у меня была мать, черноглазая: дѣвчурка моя будетъ на нее какъ двѣ капли воды похожа. Любила она насъ бѣда какъ! А я тогда еще пѣшкомъ подъ столъ ходилъ. Вотъ я и скажи ей: "Мама, что, у насъ теперь каждый день будетъ пуддингъ, потому что солодовня?" Она вспоминала это до самой своей смерти. Но вотъ прошло тому ужъ сорокъ лѣтъ, а я каждый день бываю на солодовнѣ, во всякую погоду, изъ года въ годъ. Я просто съума сойду въ другомъ мѣстѣ! Всячески будетъ тяжело, я знаю, но лучше мучиться тамъ, гдѣ привыкъ жить.
-- Да, баринъ, -- сказалъ Лука, -- конечно, вамъ лучше всего остаться здѣсь. Я самъ не люблю новыхъ мѣстъ: все не по моему, и работа, да и харчи, пожалуй... Плохое дѣло мѣнять мѣста!
-- Но, я думаю, теперь отпустятъ Бена и дадутъ тебѣ въ подручные мальчишку; а мнѣ придется помогать на мельницѣ. Тебѣ и здѣсь хуже будетъ.
-- Ничего, баринъ, -- отвѣтилъ Лука; -- тужить не стану. Двадцать лѣтъ я здѣсь прожилъ, а ихъ изъ жизни не выкинешь. Терпѣть не могу новыхъ людей и новыхъ харчей!
Дальнѣйшая прогулка происходила молча, потому что Лука истощилъ весь свой запасъ мыслей, а Тулливеръ отъ воспоминаній дѣтства перешелъ къ печальнымъ размышленіямъ о будущемъ. Магги замѣтила, что въ этотъ вечеръ онъ былъ необыкновенно разсѣянъ за чаемъ, послѣ котораго долго просидѣлъ въ креслѣ, наклонившись впередъ и глядя въ полъ, причемъ время отъ времени покачивалъ головой. Затѣмъ, онъ пристально поглядѣлъ на жену, сидѣвшую тутъ же съ вязаніемъ, а потомъ на Магги, которая наклонившись надъ швейной работой, хорошо видѣла тревогу отца. Вдругъ онъ взялъ каминные щипцы и съ силой ударилъ по крупному куску угля.
-- Господи Боже! Что это ты дѣлаешь?-- сказала жена съ испугомъ.-- Зачѣмъ ты разбиваешь уголья: они отъ этого скорѣе горятъ, а у насъ ихъ и безъ того мало.
-- Тебѣ, вѣрно, нездоровится сегодня, папа!-- сказала Магги.-- Что съ тобой?
-- Отчего Тома нѣтъ до сихъ поръ?-- нетерпѣливо спросилъ Тулливеръ.
-- Въ самомъ дѣлѣ! Развѣ уже время? Пойду готовить ему ужинъ,-- сказала г-жа Тулливеръ, положила вязанье и вышла изъ комнаты.