Магги положила руку на исписанную страницу и повторила свои слова. Томъ закрылъ книгу и сказалъ:
-- Теперь идемъ!
Они пошли, не говоря ни слова. Магги заранѣе мучилась за Филиппа, содрогаясь при мысли объ оскорбленіяхъ, которымъ подвергнетъ его Томъ; но она понимала, что теперь просьбами не поможешь. Томъ же, между тѣмъ, перенесъ весь свой гнѣвъ на Филиппа. Онъ не сознавалъ, сколько старинной дѣтской вражды, личнаго тщеславія и нетерпимости примѣшивалось къ его рѣшимости исполнить долгъ сына и брата. Томъ не имѣлъ привычки входить въ разсмотрѣніе собственныхъ побужденій и вообще углубляться въ отвлеченности; онъ былъ увѣренъ, что его побужденія и поступки всегда похвальны, а иныхъ у него и быть не можетъ.
Магги старалась утѣшить себя надеждою, что Филиппъ почему нибудь не придетъ. Это дало бы ей отсрочку и возможность выпросить у Тома позволеніе написать ему. Когда они вышли подъ сосны, у нея забилось сердце: Филиппа не было. Они миновали лужайку и вдругъ, на узкой тропинкѣ, межъ кустовъ, наткнулись на Филиппа такъ внезапно, что онъ и Томъ очутились на разстояніи полуаршина другъ отъ друга. Филиппъ вопросительно взглянулъ на Магги и прочелъ на лицѣ ея отвѣтъ. Блѣдныя губы и широко раскрытые глаза выражали ужасъ, который овладѣлъ ею при мысли, что братъ можетъ броситься на слабаго Филиппа и просто на просто избить его.
-- Вы, вѣроятно, считаете ваше поведеніе достойнымъ честнаго и благороднаго человѣка?-- спросилъ Томъ голосомъ, полнымъ презрѣнія, какъ скоро взглядъ Филиппа обратился на него.
-- Что вы хотите сказать?-- надменно произнесъ Филиппъ.
-- Что? Отойдите подальше, а то какъ бы я не поднялъ на васъ руку, и я растолкую вамъ, что хочу сказать. Вы осмѣлились легкомысленно отнестись къ репутаціи семьи, которая дорожитъ своимъ честнымъ име немъ!...
-- Я это отрицаю!-- съ горячностью перебилъ Филиппъ.-- Я никогда не могу относиться легкомысленно къ чему-либо, относящемуся къ благополучію вашей сестры. Она мнѣ дороже, чѣмъ вамъ; я уважаю ее болѣе, нежели вы; я радъ бы жизнь отдать за нее.
-- Не болтайте мнѣ высокопарнаго вздора, сударь! Не знали вы что ли, что ей запрещено встрѣчаться съ вами? Зачѣмъ вы втирались къ ней въ дружбу? Таково ваше искаженное понятіе о честности, не такъ ли?
-- Это недостойно васъ такъ разговоривать со мною! Вы даже не въ состояніи понять моихъ чувствъ къ вашей сестрѣ,-- съ горечью отвѣтилъ Филиппъ, весь дрожа.-- Они таковы, что ради нея я могъ бы стать другомъ даже вамъ!