-- Почти въ ту же минуту г-жа Тулливеръ сказала:
-- А гдѣ же твоя сестра?-- Оба были увѣрены, что Томъ и Магги все время находились вмѣстѣ.
-- Не знаю,-- отвѣтилъ Томъ. Онъ не хотѣлъ " фискалить", хотя сердился на сестру: ибо Томъ Тулливеръ дорожилъ своею честью.
-- Какъ, развѣ она не играла съ тобой все это время?-- сказалъ отецъ.-- Она только и думала, что о твоемъ пріѣздѣ.
-- Я не видалъ ее уже часа два,-- отвѣтилъ Томъ, принимаясь за пирогъ съ изюмомъ.
-- Господи Боже! Она утонула!-- воскликнула г-жа Тулливеръ, вставая и подбѣгая къ окну.-- Какъ могъ ты ее такъ бросить?-- прибавила она, обвиняя, какъ всѣ боязливые люди сама не зная кого и сама не зная въ чемъ.
-- Нѣтъ, нѣтъ; она не утонула,-- возразилъ г-нъ Тулливеръ.-- Ты, вѣроятно, обидѣлъ ее, Томъ?
-- Увѣряю тебя, папа, что нѣтъ,-- съ негодованіемъ сказалъ Томъ.-- Я думаю, она въ домѣ.
-- Можетъ быть, на чердакѣ, -- сказала мать,-- поетъ и болтаетъ сама съ собою, забывши даже о ѣдѣ,--
-- Ступай и приведи ее, Томъ!-- приказалъ г-нъ Тулливеръ довольно рѣзко: родительская проницательность или любовь къ Магги заставляли его подозрѣвать, что мальчикъ суровостью оттолкнулъ отъ себя "малютку", которая иначе не разсталась бы съ нимъ.-- И будь съ ней поласковѣе, слышишь? А то я проучу тебя.