-- Да, вотъ такъ ты всегда говоришь!-- былъ отвѣтъ.-- Отъ твоей-то родни имъ нечего ждать наслѣдства; а у сестры Глеггъ и у сестры Пуллетъ сколько накоплено денегъ!
Г-жа Тулливеръ обыкновенно отличалась уступчивостью, но даже овца становится храброй, когда дѣло идетъ о ягнятахъ.
-- Фу!-- сказалъ Тулливеръ.-- Придется дѣлить между столькими племянниками и племянницами, такъ и достанутся каждому сущіе пустяки. Не станетъ же сестра Динъ уговаривать ихъ завѣщать все однимъ нашимъ!
-- Ужъ и не знаю, кто и что завѣщаетъ нашимъ,-- вздохнула мать,-- потому что наши дѣти такъ нелѣпо себя держатъ при дядяхъ и тетяхъ: Магги шалитъ въ десять разъ хуже обыкновеннаго, а Томъ совсѣмъ не любитъ ихъ. Между тѣмъ, у Диновъ Люси -- такой милый ребенокъ: посади ее на стулъ, часъ просидитъ, а не сойдетъ безъ спросу. Я люблю эту дѣвочку, какъ дочь; да и то сказать: она вся въ меня!
-- Что-жъ, если любишь дѣвочку, скажи ея родителямъ, чтобы привезли и ее. Да не позвать ли и Моссовъ, и кого нибудь изъ ихъ ребятъ?
-- Охъ, нѣтъ! И такъ будетъ восемь человѣкъ за столомъ, кромѣ дѣтей; да и ты знаешь, что моимъ сестрамъ съ твоею сестрою не спѣться.
-- Ну, ладно: дѣлай какъ знаешь!-- закончилъ мужъ и пошелъ на мельницу.
Кроткая и покорная какъ немногія, г-жа Тулливеръ, однако, умѣла постоять на своемъ, когда дѣло шло объ отношеніяхъ къ роднѣ. Не даромъ она происходила изъ семьи Додсоновъ, семьи весьма почтенной, всѣ члены которой немало гордились тѣмъ обстоятельствомъ, что родились именно Додсонами, а не какими-нибудь Ватсонами или Гибсонами. Въ этой семьѣ на все существовали свои правила: стиралось бѣлье, настаивалась наливка, коптилась ветчина особымъ неизмѣннымъ образомъ, почему женская половина семьи Додсоновъ обыкновенно почти ничего не ѣла въ чужихъ домахъ, подозрѣвая, что всѣ припасы приготовлены неправильно и варенье непремѣнно или переварено, или недоварено.
Замѣчательно, что хотя никто изъ Додсоновъ не былъ доволенъ ни однимъ членомъ своей семьи въ отдѣльности, но каждый былъ вполнѣ доволенъ самъ собою и всѣми Додсонами въ совокупности. Г-жа Тулливеръ не представляла исключенія изъ своей семьи и, хотя въ дѣвицахъ, при своей слабохарактерности, не разъ доходила до слезъ подъ игомъ старшихъ сестеръ, однако была благодарна судьбѣ, что происходила отъ Додсоновъ и что сынъ ея удался въ ея родню, по крайней мѣрѣ хоть наружностью.
Въ остальныхъ же отношеніяхъ Томъ никакъ не могъ назваться "истымъ Додсономъ" и въ нелюбви къ материнской роднѣ ничуть не уступалъ Магги. Обыкновенно, узнавъ объ ожидаемомъ посѣщеніи дядей и тетокъ, онъ удиралъ изъ дому, забравши съ собою побольше ѣды. Магги бывала недовольна, что Томъ скрывался, не посвятивъ ее въ свою тайну; но извѣстно, что женскій полъ вообще считается серьезнымъ тормазомъ въ случаяхъ бѣгства.