-- Молодецъ Люси! Пусть остается, пусть!-- сказалъ г. Динъ, крупный, но подвижной господинъ, съ наружностью, самою заурядною въ Англіи: лысиною, рыжими бакенбардами, выступающимъ лбомъ и общей солидностью фигуры.
-- Магги,-- сказала г-жа Тулливеръ, подзывая ее къ себѣ кивкомъ головы, какъ скоро поконченъ былъ вопросъ о Люси, и шепнула ей на ухо:-- поди, пригладь волосы; какъ тебѣ не стыдно!
-- Томъ, пойдемъ вмѣстѣ,-- прошептала Магги, проходя мимо и дергая его за рукавъ; и Томъ пошелъ за нею очень охотно.
-- Пойдемъ вмѣстѣ наверхъ, Томъ, -- повторила она, выходя изъ комнаты.-- Мнѣ надо что-то сдѣлать до обѣда.
-- До обѣда не успѣемъ устроить никакой игры,-- сказалъ Томъ, не желая отвлекаться отъ всецѣло поглотившей его мысли объ обѣдѣ.
-- Нѣтъ, это мы успѣемъ! Ну, иди!
Томъ пошелъ вслѣдъ за сестрою въ комнату ихъ матери и увидѣлъ, что она прямо подошла къ ящику, изъ котораго вынула большія ножницы.
-- Это зачѣмъ?-- спросилъ Томъ, въ которомъ пробудилось любопытство.
Вмѣсто отвѣта Магги схватила свои передніе локоны и срѣзала ихъ но прямой линіи поперекъ лба.
-- Ой, батюшки! Магги, тебѣ достанется!-- воскликнулъ Томъ.-- Лучше ужъ не стриги больше.