-- Какъ? Большая мельница, недалеко, по сю сторону отъ Сентъ-Оггса?
-- Да,-- сказала Магги.-- Вѣдь это недалеко? Я пойду туда, если позволите.
-- Нѣтъ, нѣтъ, уже смеркается. На ослѣ доѣдете скорѣе, вотъ увидите.
Онъ поднялъ Магги и посадилъ на осла. Она была довольна, что не старикъ собирается провожать ее, хотя все-таки мало надѣялась попасть домой.
-- Вотъ ваша хорошенькая шляпка,-- сказала молодая женщина, надѣвая ей на голову эту недавно столь презираемую, а теперь пріятную для Магги часть костюма.-- И-вы скажете дома, что мы были добры къ вамъ? И говорили, что вы -- милая барышня, не правда-ли?
-- О, да, благодарю васъ,-- сказала Магги.-- Я вамъ очень благодарна. Но мнѣ хотѣлось бы, чтобы и вы пошли со мною.
Она думала, что это все же лучше, чѣмъ остаться наединѣ со страшными мужчинами: ей казалось, что веселѣе быть убитой болѣе многочисленнымъ обществомъ.
-- Такъ я вамъ полюбилась, не правда-ли?-- сказала женщина.-- Но мнѣ нельзя: я не поспѣю за вами.
Цыганъ усѣлся на осла позади Магги, и она была такъ же неспособна на возраженія, какъ и самъ оселъ, хотя это казалось ей ужаснѣе всякаго кошмара. Женщина похлопала ее по спинѣ и сказала: "прощайте", а оселъ, поощряемый палкою ея провожатаго, двинулся быстрою рысцой по той самой дорогѣ, по которой Магги явилась сюда часъ назадъ. Высокая дѣвушка и лохматый мальчишка, тоже съ палками въ рукахъ, провожали ихъ шаговъ сто, усердно крича и хлопая.
Во все продолженіе этой поѣздки на кроткомъ осликѣ, съ цыганомъ, разсчитывавшимъ получить на чай, Магги была полна ужаса. Красный свѣтъ заходящаго солнца казался ей особенно зловѣщимъ. Двѣ избушки, попавшіяся по дорогѣ, съ крошечными окнами и закрытыми дверями, навели на нее еще больше уныніе: вѣроятно, тамъ жили колдуньи, и хорошо еще, что оселъ пробѣжалъ мимо, не останавливаясь.