-- Она входитъ въ составъ образованія всякаго порядочнаго человѣка,-- отвѣтилъ Филиппъ.-- Всѣ образованные люди учатся одному и тому же.
-- Какъ? Такъ вы полагаете, что баронъ Джонъ Крекъ, который держитъ борзыхъ собакъ, знаетъ по латыни?-- спросилъ Томъ, который часто подумывалъ, что ему пріятно было бы стать похожимъ на барона Джона Крека.
-- Его учили, конечно, латыни, когда онъ былъ мальчикомъ,-- сказалъ Филиппъ.-- Но я думаю, что онъ все забылъ.
-- Ну, это-то и я могу!-- сказалъ Томъ безъ малѣйшей насмѣшки, а съ очень серьезнымъ удовольствіемъ при мысли, что латынь ему не помѣшаетъ уподобиться Джону Креку.-- Только нельзя забывать пока учишься, а то будутъ задавать лишніе уроки. Вѣдь г. Стеллингъ, знаете, очень строгъ. Онъ ни въ одной буквѣ не дастъ ошибиться.
-- Это -- ничего,-- отвѣтилъ Филиппъ, на этотъ разъ не удержавшись отъ смѣха.-- Мнѣ не трудно запоминать. А есть предметы, которые я очень люблю; напримѣръ, исторію Греціи и вообще все, что касается грековъ. Я бы хотѣлъ быть грекомъ и сражаться съ персами, а потомъ вернуться домой и писать трагедіи; или восхищать всѣхъ мудростью, подобно Сократу, и умереть славною смертью.-- (Филиппъ, какъ видно, былъ не чуждъ желанія выказать передъ Томомъ все свое умственное превосходство).
-- Какъ, развѣ греки много сражались?-- спросилъ Томъ, передъ которымъ открылись заманчивыя перспективы въ этомъ направленіи.-- Развѣ въ греческой исторіи есть что-нибудь похожее на Давида съ Голіафомъ или на Сампсона? Я только эти мѣста и любилъ изъ Священной исторіи.
-- О, есть много прекрасныхъ разсказовъ о грекахъ въ этомъ родѣ, о герояхъ древнихъ временъ, которые убивали дикихъ звѣрей, подобно Сампсону. А въ Одиссеѣ (это -- такая превосходная поэма) есть великанъ еще лучше Голіафа -- Полифемъ, у котораго былъ только одинъ глазъ во лбу; но Одиссей, такой маленькій человѣчекъ, только очень хитрый и умный, разжегъ сосновое бревно и сунулъ ему въ глазъ, отъ чего тотъ взревѣлъ, какъ тысяча быковъ.
-- О, какая потѣха!-- сказалъ Томъ, соскочивши со стола и топнувъ сначала одной ногой, потомъ другой.-- Послушайте, не можете-ли вы мнѣ разсказать всѣ эти исторіи? Я, вѣдь, знаете, не буду учиться по гречески... Не правда-ли?-- прибавилъ онъ.-- Развѣ всѣ образованные люди учатся по гречески?... Неужели г. Стеллингъ начнетъ учить и меня? Какъ вы думаете?
-- Нѣтъ, я не думаю. Вѣроятно нѣтъ,-- сказалъ Филиппъ.-- Но вы можете прочесть всѣ эти разсказы и не учившись греческому: у меня они есть въ переводѣ.
-- Ахъ, я не люблю читать; пріятнѣе слушать, когда разсказываютъ. Но только тѣ, знаете, гдѣ сражаются. Моя сестра Магги все берется разсказывать мнѣ, но только больше вздоръ. Дѣвочки всегда разсказываютъ пустяки. Вы знаете много о сраженіяхъ?