Полчаса спустя работникъ Тулливера нашелъ его въ безчувственномъ состояніи на дорогѣ, а рядомъ -- развернутое письмо, которое безпокойно обнюхивала его сѣрая лошадь.
Вечеромъ, когда Магги подъѣхала къ дому, онъ уже былъ въ сознаніи. За часъ до ея пріѣзда отецъ пришелъ въ себя и началъ что-то бормотать о письмѣ, которое требовалъ съ нетерпѣніемъ.
По приказанію доктора Турибуля, письмо Гора было принесено и положено на постель больного; это на нѣкоторое время успокоило его. Больной лежалъ, устремивъ глаза на письмо и какъ-бы стараясь что-то припомнить. Но вдругъ другая мысль заслонила въ его умѣ все, и, повернувъ глаза къ двери, точно пристально вглядываясь, онъ сказалъ: "Дѣвчоночку!"
Онъ нетерпѣливо повторялъ это слово время отъ времени, какъ-бы утративъ понятіе обо всемъ прочемъ и не узнавая никого, даже жену. Бѣдная г-жа Тулливеръ окончательно потеряла голову отъ такого горя и то и дѣло бѣгала къ воротамъ встрѣчать Лзсхамскій дилижансъ, хотя было еще слишкомъ рано.
Наконецъ, онъ явился и высадилъ бѣдную встревоженную Магги, вовсе не похожую на "дѣвчоночку", какою продолжалъ считать ее отецъ.
-- Ахъ, мама, что случилось?-- произнесла она дрожащими губами, когда ее встрѣтила плачущая мать. Она не думала, чтобы отецъ могъ заболѣть, такъ какъ письмо было отправлено имъ самимъ изъ города.
Тутъ вышелъ и докторъ Турибуль. Врачъ всегда является добрымъ ангеломъ въ домѣ, пораженномъ скорбью, и Магги, подбѣжавши къ старому другу, котораго помнила съ тѣхъ поръ, какъ помнила себя, устремила на него трепетный, вопросительный взглядъ.
-- Не пугайтесь черезъ-чуръ, душа моя, -- сказалъ онъ и взялъ ее за руку.-- Съ вашимъ отцомъ былъ ударъ, и память еще не вполнѣ вернулась къ нему. Но онъ васъ зоветъ, и ему полезно будетъ васъ увидѣть. Раздѣньтесь и пойдемте со мною наверхъ.
Магги повиновалась съ тѣмъ мучительнымъ біеніемъ сердца, въ которомъ, въ иныя минуты, какъ-бы сосредоточивается вся жизнь. Самое спокойствіе Турибуля наполнило страшными предчувствіями ея воображеніе. Глаза ея отца все еще были устремлены на дверь; когда Магги вошла, она встрѣтила его странный, безпомощный взоръ, все время напрасно искавшій ее. Внезапнымъ движеніемъ онъ поднялся на постели; она же кинулась къ нему и осыпала его скорбными поцѣлуями.
Бѣдная дѣвочка! Ей рано пришлось пережить одну изъ тѣхъ минутъ, когда все, чѣмъ мы жили до сихъ поръ, теряетъ для насъ значеніе и забывается нами ради любви къ безпомощнымъ и страдающимъ близкимъ.