Поздоровавшись съ вошедшими, Пардо началъ разспрашивать Тито, сколько ему лѣтъ, кто его отецъ, откуда онъ пріѣхалъ. Молодой человѣкъ съ любезною готовностью отвѣчалъ на всѣ вопросы, и такимъ образомъ, Ромола узнала, что ему двадцать-три года, что онъ долго путешествовалъ по Востоку, и что отецъ его, то-есть благодѣтель, усыновившій его, былъ замѣчательный неаполитанскій ученый, погибшій въ поѣздкѣ, предпринятой имъ на островъ Делосъ.
-- Вѣроятно, ваши путешествія были предприняты съ ученою цѣлью? спросилъ Бардо.
-- Конечно, мой отецъ рисковалъ даже жизнью въ своихъ поискахъ за надписями и другими остатками древности.
-- Я надѣюсь, что онъ записывалъ все, что вы видѣли, воскликнулъ съ живостью Бардо.
-- Да; но драгоцѣнная рукопись пропала со всѣми моими вещами, когда я потерпѣлъ кораблекрушеніе передъ Анконою. Теперь результаты нашихъ изслѣдованіи только живутъ въ моей памяти.
-- Вы должны безъ потери времени изложить на бумагѣ всѣ ваши воспоминанія, такъ-какъ вы, вѣроятно, помогали писать вашему отцу; а что разъ написано, то никогда не забывается. Вотъ почему я очень удивляюсь странной памяти моей дочери; иные предметы запечатлѣваются у ней навсегда, за то другія, и особливо мелкія подробности, забываются ею черезъ минуту.
При этомъ упрекѣ, Тито посмотрѣлъ на молодую дѣвушку съ свѣтлой улыбкою, которая тотчасъ отразилась, какъ солнечный лучъ, на лицѣ Ромолы. Нельзя себѣ представить, какъ она была обрадована этой улыбкой. Она никогда не воображала себѣ, чтобъ какой-нибудь ученый улыбнулся недостатку, которымъ ее постоянно упрекали. Какое-то новое чувство овладѣло ею -- чувство товарищества. На этотъ разъ они не отвернулись тотчасъ же другъ отъ друга, а долго смотрѣли и улыбались съ откровеннымъ удовольствіемъ.
"Она не такъ горда и холодна, какъ кажется", подумалъ Тито.
"Неужели и онъ забываетъ?" думала Ромола. "Я надѣюсь, что нѣтъ, а то онъ будетъ сердить отца."
-- Я много переписывалъ, сказалъ вслухъ Тито: -- и вѣроятно, у меня кое-что осталось въ памяти. Мои воспоминанія, пересмотрѣнныя и исправленныя болѣе опытнымъ ученымъ, можетъ-быть, и имѣли бы какую-нибудь цѣну.