Она, конечно, ничего не сказала Тито о своемъ свиданіи съ Бальдасаро; мысль, что онъ былъ женатъ въ безоблачные дни ихъ счастья и любви сводила ее съ ума; быть можетъ, ея отвращеніе къ Тито было слишкомъ велико, чтобы не вылиться наружу; быть можетъ, она бы не выдержала и высказала ему все, но она видѣла его очень мало. Боясь чумы, онъ рѣдко бывалъ въ городѣ и почти все время проводилъ на виллахъ друзей, такъ-какъ Ромола не хотѣла переѣхать на дачу. Наконецъ, въ послѣднихъ дняхъ іюля, чума почти исчезла. Положеніе Савонаролы улучшилось, синьорія хлопотала въ Римѣ объ отмѣнѣ буллы, отлучавшей его отъ церкви. Итакъ Ромола снова возвратилась вполнѣ къ своимъ собственнымъ мыслямъ. День за днемъ бѣгала она но самымъ отдаленнымъ закоулкамъ города, надѣясь встрѣтить Бальдасаро. Она объясняла себѣ его исчезновеніе припадкомъ, лишившимъ его снова сознанія. Она утѣшала себя тѣмъ, что онъ забылъ, гдѣ она живетъ, даже забылъ о самомъ ея существованіи. Но все же она не могла скрыть отъ себя, что всего вѣроятнѣе онъ умеръ отъ чумы и, слѣдовательно, тайна о первой женѣ ея мужа останется навѣки для нея скрытою.
Въ одну изъ такихъ прогулокъ, въ пустынной улицѣ Борго-ла-Кроче, Ромола увидѣла, маленькаго трехлѣтняго мальчика въ одной рубашенкѣ, который видимо потерялъ родителей и метался, не зная что дѣлать. Слезы катились градомъ изъ его большихъ черныхъ глазъ. Ромола тотчасъ схватила его на руки и, покрывая поцалуями, старалась его приласкать. Мальчикъ скоро успокоился, но все упорно молчалъ. Она спустила его на землю и пошла тихонько съ нимъ по улицѣ, догадываясь, что онъ вѣрно жилъ недалеко и убѣжалъ изъ дома, пока мать заглазѣлась. Дѣйствительно, мальчуганъ, при поворотахъ улицы, дергалъ ее за платье, показывая куда идти и наконецъ привелъ ее къ одному дому въ узенькомъ переулкѣ. Они поднялись но лѣстницѣ и подошли къ отворенной двери. Прямо противъ нея въ большой чистой комнатѣ сидѣла около люльки Тесса, хорошенькая головка ея была наклонена на сторону и она крѣпко спала. Подлѣ окна, спиною къ двери, Моина-Лиза чистила салатъ. Ромола еще не успѣла опомниться, какъ мальчикъ кинулъ ея руку и бросился къ матери. Та открыла глаза и, вся покраснѣвъ, вскочила съ мѣста и, дрожа всѣмъ тѣломъ, смотрѣла на Ромолу. Та узнала въ ней веселую кантадину, которую она спасла во время масляницы на пьяццѣ отъ мальчишекъ, хотѣвшихъ непремѣнно, чтобы она отдача на всесожженіе свое ожерелье.
-- А! мы уже съ вами знакомы, сказала Ромола, улыбаясь и подходя къ Тессѣ.-- Я очень рада, что это вашъ ребёнокъ. Онъ плакалъ на улицѣ, и я подумала, что онъ вѣрно заблудился. Я пошла съ нимъ, и вотъ онъ меня привелъ къ вамъ. Какъ я рада, что вы не хватились его до сихъ поръ, а то бы очень испугались.
Сознаніе, что Лило убѣжалъ, превозмогло всѣ чувства въ Тессѣ. Она поблѣднѣла, схватила Лило на руки и, подбѣжавъ къ Моинѣ-Лизѣ, закричала ей подъ самое ухо:
-- О! Лиза, какая вы гадкая! зачѣмъ вы стоите спиною къ двери? Лило убѣжалъ на улицу.
-- Пресвятая богородица! воскликнула старуха, уронивъ изъ рукъ ложку.-- А вы же гдѣ были? Я думала, что вы слѣдите за нимъ глазами.
-- Но, вѣдь, вы знаете, что когда я укачиваю Нину, я всегда и сама засну, нетерпѣливо отвѣчала Тесса.
-- Ну, ну, намъ надо ила дверь затворять, или его привязать, а то онъ сталъ такой чертёнокъ, хитрый. Но какъ же онъ воротился?
Эти слова напомнили Тессѣ о присутствіи Ромолы; она обернулась къ ней и снова покраснѣла. Старуха, увидѣвъ чужую барышо, низко ей поклонилась.
-- Вѣроятно, эта барыня его привела, сказала она:-- тѣмъ стыднѣе, что онъ былъ въ одной рубашкѣ; но онъ лягался и никакъ не хотѣлъ надѣть штанишекъ. А мать и слышать не хочетъ, чтобъ его били. Сами посудите, что же дѣлать бѣдной старухѣ съ мальчуганомъ, у котораго ножки такія сильныя, если ей нельзя его бить? Посмотрите сами, сударыня, на эти ножки.