-- Соображенія мои не зависятъ отъ итого.
-- Мнѣ это лучше знать,-- повелительно проговорила княгиня.-- Я знаю мужчинъ. Она навѣрное еврейка, которая. не выйдетъ замужъ иначе, какъ за еврея. Такія существуютъ. Ты любишь ее, какъ твой отецъ любилъ меня, она увлекаетъ тебя за собой, какъ я увлекала его; дѣдъ твой мститъ за себя!
-- Матушка,-- молилъ ее Даніэль,-- не станемъ такъ смотрѣть на вопросъ: я допускаю, что полученное мною воспитаніе принесло мнѣ пользу; оно расширило кругъ моихъ симпатій и сферу моихъ познаній. Вы возвратили мнѣ мое наслѣдіе, ничто не потеряно, примиритесь же теперь съ памятью дѣда. Ваша воля была сильна, но то, что вы называете его игомъ,-- оказалось сильнѣе; оно имѣетъ глубокіе, далеко расходящіеся корни; откройте намъ всѣмъ доступъ въ сердце ваше,-- мертвымъ и живымъ.
Махь съ любовью смотрѣла на него, потомъ вдругъ спросила:
-- Хороша она?
-- Кто?
-- Женщина, которую ты любишь?
-- Да.
-- Не честолюбива?
-- Не думаю, нѣтъ.