-- Мне не нравиться такая версия, сеньор консул, если вам все равно, то я предпочел бы, чтобы вы раньше сожгли
Буэнос-Айрес.
-- Это шутки, мой дорогой сеньор дон Кандидо! -- сказал Мигель. -- Вам надо отправиться со мной.
-- Я не уйду, и ты не имеешь более на меня никаких прав, потому что я нахожусь на иностранной территории. Я хочу провести мою жизнь здесь, заботясь о здоровье этого замечательного человека, которого я уже безмерно люблю.
-- Нет, сеньор дон Кандидо, -- сказал дон Луис, -- идите с Мигелем, вспомните, что у вас есть дело завтра утром!
-- Это бесполезно, я не уйду: с этого момента я разрываю все наши отношения.
Дон Мигель встал, отвел дона Кандидо в сторону и что-то быстро начал говорить ему, но все было бы бесполезно, если бы молодой человек к угрозам не присоединил обещание того, что он предоставит своему учителю полнейшую свободу вернуться в консульство Соединенных Штатов, как только тот узнает в доме временного губернатора одну вещь, которую ему важно знать.
-- Ну хорошо, -- сказал дон Кандидо, оканчивая перечисление своих условий, -- эту ночь я проведу у тебя, а завтра, завтра я приду в этот гостеприимный и безопасный дом!
-- Согласен!
-- Сеньор консул, -- продолжал дон Кандидо, обращаясь к мистеру Слейду, -- я не могу сегодня ночью иметь чести, удовольствия, удовлетворения видеть развевающимся над своей головой незапятнанное знамя Соединенных Штатов Северной Америки, но завтра я сделаю все, что будет от меня зависеть, чтобы быть здесь.