Я невольно глубоко вздохнулъ.
-- Съ чего вы это? -- спросилъ мой спутникъ. Аграфена тоже поглядѣла на меня удивленными глазами. Она уже раза два присаживалась на кончикъ дивана, потуплялась больше, чѣмъ было нужно, и вообще подчеркивала свою дѣвичью стыдливость. Мой спутникъ видимо торжествовалъ. Я невольно взглянулъ на Аграфену, но она инстинктивно отвела глаза въ сторону.
-- Вотъ я и приготовилъ вамъ посылочку!
Въ дверяхъ показался старикъ; онъ держалъ въ рукахъ небольшой пакетъ, обшитый полотномъ.
-- Хорошо,-- сказалъ я.-- Дайте сюда и нѣтъ-ли у васъ чернилъ: я запишу, кому надо отдать.
Старикъ ухмыльнулся.
-- Сдѣлалъ я уже это, разберете-ли только, не очень я грамотный: на старости лѣтъ меня Павелъ Матвѣичъ грамотой снабдили... по сѣдому уже дѣлу.
-- А чѣмъ занимался Павелъ Матвѣичъ?-- спросилъ я.
-- Каждымъ дѣломъ по немногу, а всѣмъ-то много: нашего брата мужика таежнаго отъ хвори всякой лѣчилъ, уму разуму училъ, тутъ перомъ выручитъ, а здѣсь и топоромъ поможетъ... Этакихъ людей Богъ на землѣ долго не держитъ!.. э-э-эхъ!.. такъ я вамъ посылочку вотъ здѣсь и положу, не забудете?
Старикъ снова исчезъ. Казалось, онъ сознательно уклонялся отъ разспросовъ.