-- Нельзя, Саша, отвѣчала на ея замѣчаніе мать,-- съ Еленой Павловной нельзя было иначе обращаться. Предобрая была, а вѣтеръ ходилъ въ головѣ. А вѣдь ты, Дашенька, измѣнилась.... не то что въ лицѣ, а такъ вообще, смирная такая стала. Посмотри, Alexandrine, видно ее сломило, бѣдняжку! Разкажи же, гдѣ ты теперь съ матерью?
Узнавъ что Опалевы переселились въ Москву, Наталья Николаевна распросила подробно объ ихъ отношеніяхъ къ Дашѣ и объ ихъ житьѣ-бытьѣ..
-- Они должно-быть скучаютъ до смерти, замѣтила старушка.-- Alexandrine, а вѣдь они намъ родственники.
-- Какъ же это, maman?
-- Да очень просто. Дѣдушка ихъ, Сергѣй Николаевичъ, женился на Софьѣ Алексѣевнѣ Рыбинской, а Софья Алексѣевна была двоюродная сестра Марьѣ Антоновнѣ Бланковой. Марья Антоновна вышла замужъ за Павла Степановича Чимирязева; ну, а Павелъ Степановичъ былъ родной братъ....
-- Grâce, maman! перебила Александра Ивановна.-- C'st la maison que Pierre а bâtie!
-- Нельзя, Alexandrine, какъ же, родственники, опять же здѣсь какъ въ лѣсу. Вѣдь это у васъ теперь родство пустое слово.
-- Maman, ужь и такъ употребляютъ во зло ваше радушіе и вашу доброту. На насъ навязываются такіе soi-disant родственники, обратилась она къ Дашѣ,-- что право не знаешь куда отъ нихъ уйти.
-- Совсѣмъ не soi-disant, Саша. До иныхъ я сама не охотница, а что дѣлать! Нельзя же имъ отъ дома отказать. Такъ такъ-то, Дашенька, я напишу къ Опалеву, позову его къ себѣ, непремѣнно позову.
-- Не угодно ли вамъ мнѣ поручить записочку? вызвалась Даша.