-- Вылѣчите меня поскорѣй, докторъ, сказалъ ему однажды Опалевъ.-- Мнѣ пора ѣхать въ деревню.
-- Богъ съ вами! Всего лучше, отвѣчалъ Францъ Карловичъ.-- Вы надолго ѣдете?
-- Не знаю. Терлецкій, мой повѣренный, приглашаетъ меня пуститься въ путь какъ скоро установятся дороги. Онъ нашелъ въ нашихъ имѣніяхъ страшный безпорядокъ. За исключеніемъ наслѣдства оставленнаго Еленой Павловной, все въ долгу какъ въ шелку.
Докторъ молчалъ.
Опалевъ положилъ руку на лежащій предъ нимъ журналъ, и спросилъ:
-- Скажите пожалуста, почему всѣ русскія писательницы скрываютъ свои имена подъ псевдонимами?
-- Иначе нельзя, обругаютъ, отвѣчалъ Францъ Карловичъ,-- такъ изъ предосторожности. Все-таки лучше скрыть настоящее имя подъ псевдонимомъ.
-- Обругаютъ?... повторилъ Опалевъ.-- Какъ обругаютъ? Кто обругаетъ женщину?
-- Да наши критики. Что-нибудь, напримѣръ, не въ ихъ духѣ, вотъ они и начнутъ ругаться.
-- Что за выраженіе! какъ хотите, я не могу его поставить рядомъ съ женскимъ именемъ. Что это значитъ -- обругать женщину?