-- Позволь мнѣ сдѣлать по своему, сказалъ Викторъ, понизивъ голосъ.-- Сядь... Вотъ, вотъ -- и такъ будетъ гораздо лучше.
Онъ приподнялъ концы локоновъ и закинулъ ихъ за косу. Эта импровизированная прическа необыкновенно пристала къ правильному овалу лица Анны. Викторъ взялъ со стола кусокъ барежа, приготовленный для какого-то рукодѣлья, и ловкими складками драпировалъ плечи своей невѣсты.
-- Опрокинься на спинку креселъ, сказалъ онъ.-- Все равно... какъ придется. Пусть одна рука придерживаетъ драпировку, а другая ляжетъ на ручку креселъ, какъ попало... какъ тебѣ удобнѣе... такъ прекрасно!... Калитинъ, продолжалъ онъ, обращаясь къ живописцу: -- посмотри, она похожа на Аріадну. Опусти немного голову на грудь, Анна... Видишь, какъ теперь локоны оттѣняютъ лобъ и какъ живописно падаютъ съ косы... А какъ ловко легла эта драпировка! Не правда ли? Начинай! тебѣ удастся этотъ портретъ!
-- Да ты всѣ букли мои измялъ, сказала Анна плаксивымъ голосомъ.-- Позволь мнѣ хоть пригладить ихъ.
-- Нѣтъ, пожалуйста, оставь... Я не позволю никакой перемѣны.
Художникъ сталъ всматриваться въ свою модель и смѣлыми чертами набросалъ прямой профиль, правильный овалъ лица, безукоризненныя линіи шеи Анны; но онъ не могъ сладить съ взглядомъ, остававшимся безъ выраженія.
-- Отдохните, говорите, повторялъ онъ.-- Попробуйте смотрѣть внизъ... на вашу руку... вотъ такъ...
Анна опустила глаза, и живописецъ нарисовалъ ихъ полузакрытыми. Это обстоятельство не ускользнуло отъ Виктора. Онъ задумчиво сидѣлъ противъ Анны.
-- Быть не можетъ, думалъ онъ: -- чтобъ эта восхитительная голова лишена была мысли! Гармонія цѣль природы. Нѣтъ! Катерина Михайловна не съумѣла дать должное направленіе этой природѣ... Какъ ни говори, свѣтская женщина невольно вноситъ въ воспитаніе дѣтей много свѣтской пустоты!...
Портретъ быстро подвигался; сеансъ продолжался часа полтора. Когда онъ кончился, Викторъ, въ восхищеньи отъ работы, обнялъ художника, который скромно радовался своему успѣху и отправился домой, обѣщаясь возвратиться на слѣдующій день.