-- Развѣ вы здѣсь не бывали? Тѣмъ лучше, я особенно люблю это мѣсто.
Они вступили въ длинный корридоръ аллеи во вкусѣ Ленотра.
"J'aime ces allées ou l'on se voit de si loin",
говорила напудренная маркиза.
Лизавета Васильевна и Тарбеневъ шли рука объ руку. Tapбеневъ забывалъ свое горе и весь отдавался минутному блаженству, которое выпадало на его долю. Но о чемъ думала она? Смутно, недовѣрчиво въ первый разъ она останавливалась на мысли, что Викторъ ее любитъ. Теперь, когда она успѣла оправиться отъ другихъ впечатлѣній, она стала припоминать несвязныя слова его, которыя едва слышала въ ту минуту, какъ начала приходить въ с ебя; тогдашняя блѣдность и смущеніе Виктора поражали ее только теперь. Но мысль о любви его была такъ нова и неожиданна для Лизаветы Васильевны, что она не рѣшалась сдѣлать прямой выводъ изъ своихъ соображеній, но невольно задумывалась... И вдругъ ей казалось, что непозволительно преувеличиваетъ все ея воображеніе....
-- Скажите, спросила она: -- когда... это случилось, въ рощѣ много было гуляющихъ?
-- Они васъ не видали, отвѣчалъ Викторъ.
Тутъ Лизавета Васильевна вспомнила, какъ онъ опустилъ ея вуаль. Это воспоминаніе было для ней неожиданнымъ подтвержденіемъ ея догадокъ, прямымъ отвѣтомъ на вопросъ о любви Тарбенева. Уступая внезапному и безсознательно честному внушенію, она вдругъ покинула его руку.
-- Что съ вами? спросилъ онъ.
Надо было чѣмъ-нибудь объяснить необдуманность этого движенія. Лизавета Васильевна поняла, до какой степени оно было неловко...