Черезъ нѣсколько времени дроздъ замолкъ. Она приподнялась на руку и увидала его на вѣткѣ ежовки; онъ тоже усердно клевалъ ягоды.
Она подошла къ ручейку, зачерпнула рукой воды и замѣтила, что около росъ крессъ.
Тутъ только въ первый разъ припомнились ей слова отца Никласа:
"Воззрите на птицы небесныя, яко ни сѣютъ, ни жнутъ, ни собираютъ въ житницы, и Отецъ вашъ небесный питаетъ ихъ: не вы ли паче лучше ихъ есте?
И объ одеждѣ что заботитесь: посмотрите на полевые лиліи, какъ онѣ ростутъ, не трудятся, не прядутъ.
Но говорю вамъ, что и Соломонъ во всей славѣ своей не одѣвался такъ, какъ всякая изъ нихъ. Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будетъ брошена въ печь, Богъ такъ одѣваетъ, кольми паче васъ, маловѣры.
И такъ не заботьтеся и не говорите: что намъ ѣсть? или что пить? или во что одѣться?
Потому что всего этого ищутъ язычники, и потому что Отецъ вашъ небесный знаетъ, что вы имѣете нужду во всемъ этомъ."
-- Значитъ, подумала Миртиль, когда Катерина звала меня язычницею, я бы могла ей сказать:
-- Это вы язычники, вы сѣете, вы жнете, а мы, добрыя христіане, живемъ какъ птицы небесныя.