Он покраснел и еще более смутился.
-- Это только глупая шутка.
И в ответ на её вопросительно безмолвный взгляд, пояснил:
-- Я же отлично понимаю, что эта шутка не может вызвать ничего, кроме насмешки.
Она просто ответила:
-- Нет, я приняла это совсем не так и принесла вам деньги.
Он сразу покраснел, поднялся со стула, потом снова сел и глядел на нее во все глаза. Это слишком походило на святочную фантазию, чтобы быть правдой. Но он не такой простак, чтобы поверить. И его озарила внезапная догадка: несомненно, товарищи, желая сыграть с ним забавную шутку, подослали к нему одну из своих приятельниц. Надо отдать им справедливость, более подходящую для этой цели особу невозможно найти. Хорошо. Он сумеет остаться на высоте и разыграет одураченного так, что нельзя лучше и дурачить и эту хитрую даму, и их.
-- Вы, вероятно, издеваетесь над бедным художником, -- произнес он умышленно громко, чтобы жена, которая, несомненно, заинтересованная этим странным посещением, подслушивала, а, может быть, и подглядывала в замочную скважину двери, оценила его находчивость и вдоволь посмеялась над этой комедией.
Но его, как ему казалось, ловкое притворство не могло сбить ее с тона. Скорее всего, это была опытная драматическая артистка, которую он не знал только потому, что никогда не ходил в театр.
-- Издеваюсь? Нет. Я не имею для этого основания. Напротив. Я очень ценю ваш талант и убеждена, что при благоприятных обстоятельствах он доставит людям большую радость. Я, видите ли, когда-то сама пыталась быть художницей, но страстная любовь к искусству не всегда признак таланта, также, как и тонкое понимание его. Я много видела и изучала, но то, что воспитывает и возвышает творчество истинного художника, для бездарности служить только рамой, в которой яснее сказывается его творческое убожество.