То было какъ-бы первое звено въ цѣпи обрушившихся надъ нимъ несчастій.
Только одно существо ненавидѣлъ онъ въ этомъ мірѣ -- дочь Сары. Безсмысленно протянулъ онъ судорожно-сжатыя руки къ постели...
Но Сара стала передъ нимъ и съ силою мужчины удержала его. Лорансъ даже не пытался противиться.
-- Пятнадцать лѣтъ страдаетъ она! говорила Малютка, обратившись къ ребенку съ внезапно-умиленнымъ взоромъ: -- пятью годами больше, нежели вы, сударь... а чѣмъ заслужила она эти страданія?
Лорансъ не отвѣчалъ и, казалось, едва понималъ.
-- Ей пятнадцать лѣтъ, продолжала Сара:-- дѣти несчастныя не ростутъ... тѣ, которые никогда прежде не видали ея, говорятъ, что ей едва есть десять лѣтъ... Она столько плакала!.. Еслибъ вы дали ей мѣсто въ домѣ ея матери, она была бы теперь большая... о! большая... и какъ прекрасна была бы она!..
Лорансъ былъ неподвиженъ.
Сара отступила назадъ и стала у изголовья дочери, которая спала спокойно.
-- Не знаю, помните ли вы, сказала Малютка: -- Юдиѳи было четыре года... я пришла къ вамъ, умоляющая, покорная; я просила сжалиться надо мною и ею... надо мною, какъ надъ жертвой низкаго обмана; надъ нею, потому-что она даже не знала несчастія своей матери!.. Вы были молоды; вы чувствовали, что сильнѣе меня, и знали, что законная власть мужа надъ женою безотчетна...
"Вы отвергли мою просьбу,-- вы были непреклонны!..