-- Еще бы одинъ тузъ, и у меня была бы отличная игра! проговорилъ онъ, разсчитывая съ чего ходить:-- безъ лести скажу вамъ, мейнгеръ Отто, что съ вами гораздо-пріятнѣе играть, нежели съ Альбертомъ или Гёцомъ... Гётцъ непремѣнно къ концу игры выпьетъ нѣсколько лишнихъ стакановъ... а Альбертъ совсѣмъ не умѣетъ пить! Двѣ крайности, и обѣ не хороши!... за то, Альбертъ безпрестанно разсказываетъ мнѣ о своихъ любовныхъ интрижкахъ... мнѣ ли, старику, слушать такой вздоръ!.. За то вы... совсѣмъ другое дѣло!.. Впрочемъ, и у васъ есть маленькій недостатокъ... Вы слишкомъ-скромны... Вы ни разу не сказали мнѣ ни слова на счетъ хорошенькихъ писемъ, которыя получаете изъ Франціи!..
Отто задумчиво улыбнулся.
-- И что за хорошенькая ручка пишетъ эти письма! продолжалъ мейстеръ Блазіусъ:-- по одной рукѣ можно догадаться, какъ хороши должны быть письма... Однако, вотъ ужъ болѣе мѣсяца, какъ вы не отвѣчали на нихъ!
Отто опустилъ глаза, и едва-замѣтная улыбка появилась на лицѣ его.
-- Однако, продолжалъ тюремщикъ: -- имя ея не хорошо... Я прочиталъ имя на адресахъ... право, хорошенькой женщинѣ неприлично называться мадамъ Батальёръ!..
Отто все молчалъ.
-- Ну, полно! продолжалъ опять мейстеръ Блазіусъ: -- я вижу, что этотъ разговоръ вамъ не нравится... Трефы козыри, мейнгеръ Отто, и мнѣ ходить...
Молодой человѣкъ, совершено-забывшій о своихъ картахъ, сталъ припоминать съ чего ему ходить.
-- Знаете ли, что, мнѣ нравится въ вашей игрѣ? спросилъ главный тюремщикъ.-- Вы обдумываете каждый ходъ... Другой, на вашемъ мѣстѣ, сейчасъ бы побилъ эту десятку... вы же, напротивъ, долго думали... Еще съ трефъ!
Отто задумался такъ надолго, что Блазіусъ имѣлъ время наполнить и опорожнить стаканъ.