Гансу Дорну было теперь сорокъ лѣтъ; онъ былъ здоровъ, силенъ и сохранилъ еще свѣжесть молодости. Лицо его, по-прежнему, было открыто и прямодушно; густые, курчавые волосы его начинали сѣдѣть. Можно было замѣтить, что онъ много страдалъ; но страданія не стерли съ лица его прежней веселости, и Гансъ былъ еще любимъ своими товарищами, какъ добрый весельчакъ.
Францъ развязалъ свой узелъ и сталъ раскладывать на сголѣ завязанныя въ немъ вещи.
Не взглянувъ на молодаго человѣка, Дорнъ принялся ихъ разсматривать.. Между ними была шинель, черный фракъ и панталоны, нѣсколько жилетовъ и галстуховъ.
Гансъ тщательно разсмотрѣлъ всѣ вещи и произнесъ важно:
-- А что вы хотите за это?
-- Двѣсти-пятьдесятъ франковъ, отвѣчалъ Францъ.
Гансъ отодвинулъ вещи и взялся опять за перо.
-- Половину дамъ, сказалъ онъ.
-- Половину! вскричалъ молодой человѣкъ съ негодованіемъ: -- за новыя вещи, стоющія мнѣ тысячу франковъ!
-- Это доказываетъ только, что портные страшные воры! возразилъ Гансъ.-- Я сказалъ вамъ послѣднюю цѣну.