-- Онъ сдѣлался ростовщикомъ, сказалъ Германнъ: -- а такихъ людей я не больно уважаю...
Въ это время воротился Іоганнъ и опять не затворилъ за собою двери. Онъ поставилъ палку въ уголь и сѣлъ на прежнее мѣсто съ недовольнымъ видомъ.
-- Полноте, господа, сказалъ онъ: -- мы, кажется, не столько пили, чтобъ намъ могли мерещиться домовые... На улицѣ никого нѣтъ... Выпьемъ-ка лучше!
-- Я очень-хорошо зналъ, что ты никого не найдешь, проворчалъ Гансъ:-- не нашимъ глазамъ найдти мертвеца, когда мертвецъ не захочетъ показаться!..
-- Экой вздорь!.. сказалъ Іоганнъ.
Собесѣдники невольно вздрогнули, а Фрицъ набожно перекрестился.
-- Но кого же ты видѣлъ еще, Гансъ? спросилъ Германнъ.-- Скажи, пожалуйста.
-- Я видѣлъ не мертвеца... а человѣка живаго, отвѣчалъ продавецъ платья: -- но зачѣмъ говорить объ этихъ вещахъ?.. Вѣдь вы знаете, что я только и думаю о Блутгауптъ!
Германнъ протянулъ къ нему руку черезъ столъ.
-- За это мы тебя и любимъ, сосѣдъ! сказалъ онъ: -- у тебя доброе сердце... ты помнишь!